Книга Четыре шага в бреду, страница 171 – Евгений Таганов

— Закрутил так закрутил, прямо философ эпохи Возрождения. Вот что, мне на все это нужна от тебя основательная служебная записка, даже две: одна как обоснование твоей поездки в Лондон, вторая — тот доклад, который ты там собираешься забомбить. И тут уже, пожалуйста, сам-сам, без своего креативщика.

— Без Хазина я это толком не смогу. Думаю, что и ехать должен он.

— Это почему?

— Потому что это будет более полезно. И для него лучший тренаж.

— С этим мы еще разберемся: что и как. А ты иди в соседнюю комнату и пиши подробный по минутам отчет за прошлую ночь.

— Не-не-не, — запротестовал Алекс. — Я до сих пор по-русски пишу с ошибками. Пускай я все расскажу, а куратор все запишет. А я потом три крестика поставлю.

— Он уже заколебался твои диктофоны разбирать. Сядешь рядом и продиктуешь.

Ну что ж, сел рядом с Глотовым в соседней комнате и все продиктовал — делов-то.

Испорченные в разных концах города машины «детишек» произвели эффект критической массы — все «должники» «Элиса» с удивлением обнаружили, что беспредел 90‐х никуда не делся, просто чуть сменил окраску (только на малое имущество замахиваются), прикинули, что бесконечно торговаться с выплатами и затягивать их себе дороже, и коллекторский бизнес был поставлен на регулярные рельсы.

И скинув со своих плеч этого третьего карлика, Пан Директор плавно перешел к другим видам криминала. «Список 30» продолжал стучать в его сердце, и надо было что-то с этим делать. Заодно хотелось разобраться с темой покушения на свою священную особу.

Когда ментовские расследования ночных выстрелов возле Ампира поутихли, Алекс попросил Глотова по фээсбэшным каналам по-тихому проверить бывшего директора «Арго». Выяснилось, что Демко на другой после стрельбы день, сняв со своего счета 250 тысяч тугриков, удалился сперва в Белоруссию, оттуда в ФРГ и далее — везде. Оглашать сию версию не стали, великодушно оставив «висяк» ментуре. Но даже с этими уликами трудно было поверить, что экс-директор просто из личной злобы решился на такое. Ведь и так пострелять по Копылову желающих вокруг имелось предостаточно.

Позже с подключением возможностей Департамента был найден на подмосковной даче знакомого Демко его серый «форд» с двумя пулевыми повреждениями на крышке багажника. Подполковник на очередной конфиденции удивлялся не меньше Алекса:

— А что бы это ему дало, если бы тебя в расход?

— Может, думал вернуться на прежнее место и воспарить с нашим креативом, — предположил Копылов.

— Твой креатив только такой отморозок как ты забомбить может. — В устах Свирида это прозвучало заоблачным комплиментом.

— Так и насчет суперракет только я справлюсь, — воспользовался моментом Алекс.

— Ты ведь не решил, под каким соусом ты им это втюхаешь.

— Подумал своими двумя извилинами и решил.

— И?..

— Насчет получения мульёна для комфортной виллы в Майами — это позавчерашний день. То же самое насчет денег или лекарств, спасающих больную мать, сына или внука.

— И?.. — более заинтригованно повторил подполковник.

— Лучше идти напролом. Как Кембриджская пятерка семьдесят лет назад. Мол, точные сведенья о новом супероружии автоматом развяжут Третью мировую. Матрасники просто ударят из всех стволов, не дожидаясь малейшего нашего превосходства. Стало быть, наш предатель вовсе не предатель, а тот, кто предотвращает Третью мировую. Так же как и я — его шкурный посредник. А с этими чертежами вместо повода для войны пойдет попытка догнать и обогнать сиволапую Россию. Ну, а пока обгонят в России, еще какая хрень придумается. И все, в том числе и матрасники, будут при делах и в полном шоколаде. Единственная проблема: если мелкобриты мне забашляют меньше ста тысяч, то я в этом междусобойчике не участвую.