Книга Жизнь на грани фола, страница 72 – Александр Рыжов

Алексей заверил ее, что их не только не депортируют и не сошлют на Колыму, а еще и обеспечат в Германии жильем и довольствием на все время пребывания здесь московской команды.

— Ты волшебник! — восхитилась Анка. — Как тебе удалось?

— Не я волшебник, а он. — Касаткин кивнул на неприметного человека в сером костюме, который входил в отель.

И это было чистейшей правдой.

Баварская команда «Ландсхут» не рассматривалась для клуба из Москвы как грозный соперник. В 1970 году она выиграла чемпионат Бундеслиги, но за восемь последующих лет не добилась сколько-нибудь значимых побед. Разочарованное неудачами руководство клуба приняло радикальные меры и подписало контракт с известным чехословацким нападающим Поспишилом, трехкратным чемпионом мира и вице-чемпионом Олимпийских игр. На него делались высокие ставки, от него ждали яркой игры и града заброшенных шайб. Кубок Вюрмберга стал для новой звезды баварцев первой серьезной проверкой.

Неизвестно, волновался ли перед матчем с «красной машиной» прославленный чех, а вот Леша Касаткин переживал как школьник перед итоговой контрольной. В первый раз в жизни он надел армейскую форму — по сути своей, знак качества и отличия. Он прекрасно осознавал, что попал в элиту мирового хоккея. Но сейчас его волновала не слава, которую он мог обрести, если б сумел блеснуть в кубковых поединках. Провал или просто блеклая игра грозили ему отчислением, а это обрушивало все надежды, которыми жили и он сам, и Анка.

Тренер выполнил свое обещание: Касаткина допустили к турниру, включили в состав команды, выдали временный документ с визой ФРГ, заменяющий загранпаспорт. И все это менее чем за сутки. Истинно чародеем был Виктор Васильевич! Властные структуры, от которых зависело все на этом свете, ни в чем ему не отказывали. Но он понимал, что так будет лишь при условии, если возглавляемый им клуб продолжит побеждать. Любой сбой — и на него спустят всех собак, не спасут ни прежние заслуги, ни связи в кремлевских кабинетах. Такое уже случалось с его предшественниками и тренерами других клубов. Поэтому, как и многие его коллеги, ходил он по лезвию и всегда помнил, что в команде нужно поддерживать тонус, конкуренцию между игроками. Для того и присматривался к молодым и одаренным вроде Леши Касаткина. И, помогая ему, руководствовался вовсе не альтруизмом и жалостью, а строгим расчетом.

Матч против немцев стартовал с атак русской дружины. Армейцы играли раскованно, по-чемпионски: соперник забивал им сколько мог, а они — сколько хотели. После первой двадцатиминутки счет был четыре — один в пользу москвичей. Касаткин весь период просидел на скамейке и, хотя ничего не делал, взмок в своем многослойном облачении так же, как те, что носились по площадке.

В ложе прессы он краем глаза видел Анку. Она тоже нервничала, тискала в руках громоздкий фотоаппарат, который они вечером купили в магазине. Когда она узнала, в каком качестве ее внесут в списки делегации, ужаснулась:

— Ты что наделал? Я фотик хорошо если два раза держала, уже и не помню, на что там нажимать…

Для того и потратили сорок марок из заработанных ею в Ганновере, чтобы успеть в отеле поупражняться. Алексей имел некоторое представление о технике фотографирования, показал, что и как надо делать. Фотоаппарат был шикарный, со встроенным экспонометром, но без чрезмерных сложностей конструкции. Как раз для начинающих.