Книга Фрейлина. Выбор, страница 10 – Тамара Шатохина

Странно, но Окулова только приветливо кивнула, не выходя из экипажа, а из-за ее плеча тянули шеи две убранные в локоны женские головки… ну чисто любопытные курицы.

Боковое зрение отметило еще какое-то движения, взгляд метнулся туда — худущий молодой кот или кошка, почти котенок еще, жался к голым кустам невысокой изгороди. Слабое «мяв» обратило на себя и внимание гостьи.

— Да здесь никак счастье в дом! Рождественский подарок, — всплеснула она руками.

— Почему сразу в дом, Ольга Николаевна? — не поняла я, — может, это соседская Мурка.

— Непохоже на то — выглядит недокормленной. И не принято… нельзя, невозможно отказать от дома в Сочельник или Рождественские праздники. А кошка и вовсе к счастью.

— То-то их неприкаянных в Петергофе немеряно, — проворчала я, приглядываясь к «счастью». Обычная полосатая кошка. Вспомнились мои мечты об этом доме, корзинка с котятами у камина…

— Ею пускай займется прислуга, а у меня краткий разговор к тебе, Таис — наедине, — подошла гостья ближе, кутаясь в серебристый мех короткой накидки.

— Пройдемте в дом тогда, Ольга Николаевна, зябко стоять снаружи. Мы будем наедине — Фредерик рано утром отбыл на службу, — вежливо присев, пропустила я ее в дом, — может Анна Алексеевна и дамы пока выпьют чаю? Я велю подать.

— В другой раз, — получилось у Ольги резковато.

— Как скажете, — слегка пожала я плечами. Дурацкая привычка.

В гостиной она прошлась, еще раз оглядывая стены, занавеси… Глубоко вздохнула и обернулась ко мне. Присела в кресло, кивнув в ответ на мой приглашающий жест.

— Его величество приставил ко мне своих соглядатаев — это две фрейлины. Знатные фамилии, приятные манеры, но все это — приказным порядком. Еще меж нами имел место разговор, и он требовал от нас с Карлом поспешить с внуками, — хмыкнула Ольга, распуская все-таки бант меховой накидки и кладя ее к себе на колени.

Я вежливо убрала ее в сторону и только потом села, успев за это время подумать.

— Вы могли отказаться от соглядатаев, мотивируя тем, что не желаете в трудное для страны время увеличивать расходы на свой Двор… или как-то иначе. Да просто не желаете подле себя чужих людей!

— Ты сейчас всерьез говоришь, Таис? — вспыхнула она, — неуж-то сама посмела бы перечить королю?

— Да я только то и делаю, что перечу ему, — пришлось признаться, — и кажется, ему это даже нравится — его любимая жена, ваша тетушка Екатерина Павловна похоже была своенравной особой.

— Его любимая… возможно. Но знаешь ли ты причину, по которой она умерла? Был праздник, отмечали рождение их дочери и Ее величество, едва оправившаяся от тяжких родов, застала своего мужа с другой женщиной. Ее любящее сердце не вынесло подобного удара.

— Не возьмусь судить его в этом, Ольга Николаевна — плохо разбираюсь в том, как мыслят и чувствуют мужчины. Но в этом случае только случай похоже и виноват, смерти своей жене он не хотел. И смею предположить, что именно в память о ней — Екатерине Павловне, многое прощается мне. Ваш отпор — вежливый, но твердый, почти уверена — был бы оценен Его величеством. К старости мы также станем сентиментальны, осознаем свои ошибки и оценим потери. Возможно, он жесткий и даже жестокий человек, но не самодур, как и ваш отец впрочем — должность обязывает.

— Мой отец… человек добрейший, Таисия Алексеевна, — непримиримо поджала губы Ольга.