Книга Фрейлина. Путь домой, страница 55 – Тамара Шатохина

— Михель… сейчас я объясню вам суть того, что происходило в клинике. С этого следовало начать, но я этот момент упустила, за что и прошу прощения, — приступила я к вербовке.

— Я весь внимание, принцесса, — с самого начала этот человек упорно называл меня принцессой.

— Возможно, вы знакомы с публикациями профессора Вундерлиха о клеточной структуре окружающего нас мира. Все вокруг состоит из мельчайших частиц, в том числе тех, что несут болезни… — начала я издалека и более-менее стройно и доходчиво объяснила направление работы Вундерлиха и Земмельвейса.

— Это величайшие умы нашей эпохи и в наше трудное время особенно важно донести до общества величие их достижений. Доктору придется в этом помочь и тогда его работа станет лучшим доказательством правоты профессора. Почему это так важно сделать сейчас, в самое ближайшее время? Я отслеживаю газетные публикации и очевидно, что напряжение в обществе растет, особенно в крупных государствах… Прямо сейчас, уже на наших глазах разворачивается мировой финансовый кризис. Пока еще не здесь, не у нас — стараниями короля. Но позже он затронет и Вюртемберг, я уверена. Во Франции политическая обстановка особенно опасна, а поскольку французы всегда были склонны к авантюрам… и престиж их короля в данный момент равен нулю, мы с вами просто обязаны встать на защиту авторитета своего монарха, чтобы не допустить в будущем революционных волнений в Штутгарте и не только…

И в том же все духе. В моих мыслях флаг с красным крестом уже гордо реял над Вюртембергом. Здоровье подданных всегда должно быть в приоритете, как и рабочие места для них — Франция будет требовать узаконенного права на труд. Вильгельму всего-то следует озаботиться наличием рабочих мест и своей репутацией отца нации. Успехи клиники Земмельвейса станут яркой иллюстрацией его заботы о людях, строительство новых клиник… или школ сестер милосердия, к примеру… или того же завода по производству мясорубок… Господи! Да будь моя воля, я бы так размахнулась, такую грандиозную пиар-кампанию развернула, что в результате Вильгельм встал бы во главе всей германской нации!

— Итак… мне необходима ваша помощь, герр Минних, — впервые обратилась я к мужчине не как к прислуге, — для начала нужно найти швейную мастерскую, где сшили бы больничные рубашки и пеленки с простынями. Объем заказа я уже могу предоставить, ткань же… ее расход, а значит закупку еще следует рассчитать. Преследуя великие цели, я хочу начать с малого, вы готовы помочь мне в этом?

— Безусловно, фрау Гогенлоэ- Ингельфинген, — звучал сейчас его голос несколько иначе. И то его «принцесса»… я порозовела от злости, отводя взгляд — тогда в его устах оно звучало пренебрежительно… не интонацией, но определением. Почему я не поняла этого сразу?

— Обращайтесь ко мне «фрау Таис», герр Минних. Будем кратки.

Я даже не представляла тогда во что именно ввязываюсь. И насколько бурную деятельность мы разовьем вместе с Михелем, Дашей, как ни странно, а потом и Ольгой Николаевной, прибывшей в Штутгарт ближе к декабрю.

К этому времени сомнений в прогнозах Бисмарка у короля уже точно не оставалось. Что-то в связи с этим предпринималось им и окружением... многое — нет. Я делала, что могла.

Пришлось потратиться и закупать все необходимое на свои кровные. Траты эти мною скрупулезно записывались, я полагала предъявить их потом или Ольге, или же королю — там видно будет. В принципе, получалось не так и дорого. Все, кроме прорезиненной ткани, но, сцепив зубы, я постаралась не жаться слишком сильно, хотя жаба душила, чтоб ее! Во мне похоже жужжали прусские гены, диктуя умеренность в тратах. Пришлось давить их — нужен был результат. Я собиралась организовать посещение клиники королем и широкое освещение этого события прессой — ни много, ни мало.