Книга Случайный рецепт одной любви, страница 2 – Лия Малинина

— Вы тоже живете на восьмом? — переспросила я.

— Соседняя дверь. Я был в командировке две недели. А вы, видимо, новая жиличка.

— Соседка, — поправила я.

— Что? — переспросил он.

— Не «жиличка», а соседка.

Он усмехнулся, я прям услышала это отчетливо.

— Ладно. Соседка. Так чем вы занимаетесь, соседка, кроме того, что ловите паническую атаку в застрявшем лифте?

— Я кондитер, — ответила я, потому что врать не умела.

Он замолчал и как-то странно на меня посмотрел.

— Конди-и-итер, значит, — протянул он. — Сейчас каждая домохозяйка, которая отличает капкейк от панкейка, мнит себя кондитером.

Я открыла рот. Закрыла. Страх прошел моментально. А он, похоже, знал идеальный рецепт от панической атаки.

Слова обожгли. Но не потому что были обидными, меня мало волновало мнение о себе постороннего человека, просто я уже слышала нечто подобное от бывшего мужа. Что я всего лишь...

Нет. Я не буду вспоминать, не буду спорить. Не в лифте с чужим мужчиной. Не после того, как поклялась больше никогда никому ничего не доказывать.

Я промолчала.

— Я владею рестораном. И у меня таких, как вы, целый штат.

Я прикусила язык. Вот самодовольный индюк!

Отвернулась к стенке и продолжила считать. Тридцать один, тридцать два, тридцать три...

— Вы обиделись? — спросил он через минуту.

— Нет.

— У вас голос обиженный.

— А у вас тон... — я запнулась, потому что не хотела опускаться до оскорблений. — Неважно.

Через несколько минут в лифте резко зажегся свет, он дернулся и снова поехал вверх. Спасибо аварийной службе за оперативность.

Мы вышли, я достала ключи, открыла свою дверь и только тогда позволила себе выдохнуть.

— Спасибо, что составили компанию, — бросил он с порога своей квартиры, которая действительно располагалась с моей на одной площадке. Черт возьми, вот везет мне, как утопленнику. Не сосед, а мечта. Высокомерный болван, который мнит себя экспертом.

— Пожалуйста, — ответила я, вошла в квартиру и захлопнула дверь.

Вывалила на стол содержимое пакета. Курицу сразу убрала в холодильник, овощи скинула в раковину.

«Сейчас каждая домохозяйка...» — снова в памяти всплыли его слова.

Я остановилась посреди кухни. Вдох. Выдох.

Потом достала из ящика муку, масло, яйца. Разбила одно, второе, третье. Взбила блендером, добавила сахар, щепотку соли и засыпала какао. Мои движения были отточенные, до автоматизма, даже мысли не надо включать.

«...мнит себя кондитером» — снова эхом пронеслась в мыслях его фраза.

Ну, хорошо. Я покажу ему домохозяйку, которая умеет отличать панкейк от капкейка.

Капкейки я пекла до вечера. Шоколадные, с соленой карамелью, мои любимые. Я выложила шесть штук на тарелку и вышла на лестничную площадку.

Поставила тарелку на коврик у его квартиры, нажала звонок и быстро, почти бегом, вернулась к себе.

Тихонько прикрыла дверь и прилипла к глазку.

Он открыл через минуту. Взлохмаченный, в простой белой футболке и спортивных штанах. Посмотрел вниз, на тарелку, наклонился и поднял ее.

В руке оказалась моя короткая записка:

«Капкейки от домохозяйки. Приятного аппетита».

Я видела, как он прочитал. Как поднял глаза на мою дверь, усмехнулся, покачал головой и вернулся в квартиру, закрыв за собой дверь.

Я отошла от глазка, прислонилась спиной к стене и улыбнулась. Первый раз за день. Тогда я еще не знала, что мое решение проучить высокомерного соседа, в корне изменит всю мою дальнейшую жизнь.