Книга Горячий сын моей подруги, страница 25 – Рэй Харт

— Ты пахнешь так вкусно, так соблазнительно, — сказала я между поцелуями. — Будто, я знаю тебя много лет.

— Марин...

— Молчи.

Я спустилась ниже. Живот. Дорожка волос от пупка. Резинка штанов. Я потянула её зубами — он сжал челюсть, я услышала, как скрипнули зубы.

Я тихо засмеялась.

— Я хочу тебя, — прошептал он.

— Знаю. Но я ещё не закончила.

Я стянула штаны. Он был готов — твёрдый, горячий, пульсирующий. И до боли в сердце красивый.

Я с огромным наслаждением взяла его в рот.

Он застонал — громко, не сдерживаясь. Я замерла.

— Тише, — сказала я, отрываясь. — Или нас услышат.

— Тогда не делай так, чтобы я стонал.

Я снова взяла его. Глубоко. Медленно. Языком — круговые движения, нажим, ритм. Его руки вцепились в простыню. Он дышал как загнанный зверь.

— Марин, — выдохнул он. — Пожалуйста.

Я улыбнулась как лиса, хитрая и довольная лиса.

— Пожалуйста — что?

— Я хочу быть внутри тебя.

Я выпрямилась. Сняла сорочку через голову. Села на него сверху — раздвинула бёдра, навела его член прямо в себя и медленно опустилась.

До конца. На всю длину.

Он застонал.

— Да, — прошептала я, начиная двигаться. Бёдрами. Круговыми движениями. Вверх-вниз. — Смотри на меня. Не закрывай глаза.

Он смотрел. В лунном свете его зрачки были огромными.

— Ты моя, — сказал он.

— Твоя.

— Скажи что ты не уедешь.

Эта горькая правда повисла в воздухе. Я могла соврать. Могла промолчать. Могла остановиться.

Но я сделала только, то что могла — продолжила двигаться.

— Не сейчас, — сказала я. — Не сейчас, Платон.

Он сел, обхватил меня за талию, прижался грудью. Поцеловал — грубо, вгрызаясь в мои чувствительные губы.

Мы кончили вместе. Одновременно. Я чувствовала, как он наполняет меня — и сжималась вокруг него, выгибаясь, впиваясь ногтями в его спину. Я так отчаянно его любила.

Мы упали на кровать. Мокрые. Обессиленные.

Он крепко обнял меня, уткнулся лицом в мои волосы. Словно боялся, что я исчезну в эту же минуту.

— Останься до утра, — попросил он.

— Не могу.

— Тогда побудь еще пять минут.

— Хорошо. Лишь пять минут.

Мы лежали. Считали минуты, каждый про себя.

Я знала: это заканчивается. Через три дня я сяду в самолёт. И он останется здесь — на этом острове, с этим морем, с недолгими воспоминаниями обо мне. Ведь на моё место когда-нибудь придёт молодая и красивая девушка, которая будет проводить каждую ночь рядом с ним. Он будет её целовать, заниматься с ней любовью, а я останусь, лишь приятным первым сексуальным опытом.

Скоро я вернусь в Москву. В свою пустую квартиру. В постель, где буду только я.

— Платон, — сказала я.

— Мм?

— Не забывай меня, пожалуйста.

Он поднял голову. Посмотрел мне в глаза.

— Это ты меня не забывай. Я то уж точно не смогу.

Он поцеловал меня. Коротко. В лоб. Как ребёнка. И я рада, что он не заметил мои мокрые щеки от слёз.

Я встала. Быстро надела сорочку. Вышла в коридор — босиком, неслышно.

Дверь его комнаты я притворила. Но не закрыла. Я понимала, что он мне соврал. Когда ты так юн, ты быстро забываешь своих первых любовников. У меня уже в этом был кое-какой горький опыт.

На следующий день Лариса смотрела на меня иначе.

Я заметила это сразу, как спустилась к завтраку. Она не улыбнулась, когда я вошла. Продолжала резать помидоры — ровными, слишком ровными кусками.