Книга Боевая академия: курс-на-падения, страница 84 – Надежда Мамаева

Но Кернир вот выжил. И силу не потерял. Хотя с учетом, сколько он ее в меня вбухал сегодня… Сумел ведь выжечь смертельное проклятье.

Кто же ты такой, Кернир? То, что аристократ, причем самый что ни на есть настоящий. Это я как благородная подставная (и готовая подставить ротозеев тоже) дама с большим опытом говорю. Но что-то было еще… понять бы, что именно.

Взгляд меж тем скользнул по раскинутым рукам с длинными пальцами, которые сегодня держали мое проклятое тело, а казалось, что вместе с ним — и душу, не давая той уйти за грань. После вернулась к широким и надежным, способным выдержать любую тяжесть, даже если это мой характер, — плечам.

Невольно глянула на шею — сильную, с туго натянутыми сухожилиями, на которой, если присмотреться, билась жилка — ровно, спокойно, уверенно.

И мне невыносимо, до дрожи в пальцах, захотелось до нее дотронуться.

Не для того, чтобы проверить, жив ли. И так без некроманта понятно, что на погост Керниру еще рановато. А просто коснуться. Ощутить под пальцами тепло чужой кожи. И может быть, вернуть чуток магии хозяину.

Да, только это! Мне чужого добра не надо, если от него проку ноль и оно из моих карманов уже валится, ибо места нет.

Я протянула руку. Пальцы отчего-то дрогнули и коснулись загорелого его плеча. Скользнула ниже, к груди и потянулась к одолженной магии, направляя ее извне, обратно к хозяину.

Та потекла тонкой струйкой, растворяясь в мужском теле.

Беглый не очнулся. Даже не шелохнулся. Но мне казалось, так будет правильно.

Лицо осталось все таким же безмятежным, когда моя рука сама собой (честно, я тут ни при чем!) соскользнула. Вот бывает, взгляд соскользнет, или нога покатится по льду. А это рука по груди. Да и грех было ей оставаться на месте. Когда еще такую красоту пощупаю. Причем живую, а не в музее, где выставлены статуи древних богов, а ты туда заглянула, чтоб умыкнуть одну тиару царицы эпохи первородных.

Одним словом, незачем судьбе подкидывать девице такие соблазнительные брюнетистые испытания! Я могу такие и не пройти! И мимо них — тем более!

Провела пальцами по его животу, чувствуя под бронзовой кожей тугие жгуты мышц. Кернир был красивым. Не по-мальчишески, не придворно-кукольному, а по-настоящему, мужски — с грубой силой, которая хороша именно своей неидеальностью.

— Ты дурак, — произнесла вслух, чтобы разогнать тишину, которая стала слишком… тихой. В такой и рождаются самые отчаянные безумства. — И на кой мне такой вообще нужен?

Звуки собственного голоса приободрили, вернули в реальность, придали сил и…

— Ты выбралась тайком ночью из общежития и прокралась сюда, чтобы только сказать, как я тебе безразличен? — Кернир выдохнул это хрипло, как порой бывает у людей, только что проснувшихся.

Но в то, что он только-только пробудился, верилось с трудом. Интересно, сколько он вот так маскировался? И ведь ни дыханием, ни пульсом себя не выдал! Ну не сволочь ли! Нет, чтоб намекнуть как-то бедной искушающейся девушке… Всхрапнуть, что ли…

В общем, возмутилась я не только смыслу заданного вопроса, но и времени, в которое тот прозвучал.

— Чтобы вернуть кое-кому его магию, раз сам рассчитать силы не умеет, чтоб не сдохнуть!

Фыркнула и отдернула руку.

— Вообще-то, это я возвращал тебе… — протянул Кернир.