Книга Запасная невеста. Сбежать от василиска, страница 91 – Виктория Чара

— И что ты собираешься с ними делать? Уничтожишь?

— Я хочу их переделать. Я уже всё продумала: нужно чуть-чуть изменить руны, структуру. а цвет сам собой поменяется. Это будет совсем другой артефакт. Это будет мой подарок тебе на нашу свадьбу.

— Подарок? И что это будет за артефакт?

— «Артефакт Переговорщика», — прошептала я, глядя в его невероятные глаза. — Он не будет ломать волю. Он поможет чувствовать другого. Слышать то, что не сказано вслух. Находить путь друг к другу, когда слова бессильны.

Кайр долго молчал, всматриваясь в мое лицо так, будто искал в нем ответы на все вопросы мироздания. Потом кивнул.

— Обещаю, маленькая, — выдохнул он, перед тем как поцеловать меня. — Я буду учиться тебя слышать. Даже без всяких артефактов. Спасибо за этот подарок.

Подготовка к балу в честь прибытия эльфийской принцессы вступила в самую активную фазу. В эти дни Кайр появлялся дома только поздно вечером и исключительно для того, чтобы переночевать.

И если поначалу предпраздничная дворцовая лихорадка обходила меня стороной, то теперь и мне стало не до смеха.

Платье, заказанное заранее, не годилось категорически: в статусе невесты главнокомандующего королевской армией я была обязана соответствовать ему и в цвете, и в крое.

Однако, когда мне доставили новый готовый наряд, щедро стилизованный под военный мундир, возмутился уже сам Кайр.

Окинув меня мрачным взглядом, он категорично запретил мне это надевать, сказав, что эполеты и прочие атрибуты армейской формы он будет носить сам. А его женщина на балу должна выглядеть как женщина, а не как бравый гвардеец.

Так что платье пришлось перешивать в третий раз.

Именно поэтому с самого утра посреди моей новой гостиной порхала мадам Тиссо — лучшая модистка столицы. Вооружившись сантиметром и коробкой булавок, она смотрела на мир с непроницаемым лицом человека, спасающего королевство от катастрофы.

— Мисс Элдридж, умоляю, замрите! — стенала она с таким искренним отчаянием, будто я уже опозорилась перед королем. — Лиф обязан сидеть безупречно! Его Величество прощает многое, но только не небрежность в туалетах. А вы… Вы теперь — лицо! Вас положение обязывает!

Сперва я пыталась переводить подобные выпады в шутку, но портниха оказалась дамой непробиваемой. Обостренное чувство стиля, казалось, заменило в ней все прочие чувства, в том числе чувство юмора и здравый смысл.

Поэтому каждую свободную минуту, стоило только вырваться с импровизированного подиума, я сбегала в свою новую мастерскую. Мне нужно было закончить работу с двенадцатью зеркалами связи для службы Вейрана Тальсара, и на большее у меня попросту не хватило бы времени.

Но в итоге к вечеру на моем столе ровным рядом легли двенадцать металлических пластин, исписанных рунами. На первый взгляд они казались лишь изящными безделицами неизвестного предназначения. В неактивном состоянии их поверхность оставалась гладкой и матовой, оживая лишь от правильного прикосновения владельца.

К вечеру и мадам Тиссо наконец-то закончила оба наряда. Они вышли настолько потрясающими, что я, словно восторженный ребенок, то и дело бегала в гардеробную — просто полюбоваться и прикоснуться к ткани. Первое платье — из невесомой голубой органзы с мерцающей вышивкой, напоминавшей иней в морозном тумане, — предназначалось для грядущего бала.