Книга Сватовство с риском для жизни, страница 39 – Надежда Цыбанова

Феликс недоверчиво покосился на меня, словно ожидая, что я рассмеюсь, но суровая правда жизни даже улыбнуться шанса не оставила.

— Серьезно? — решил уточнить мужчина. — Ваш род самый странный.

— Какой есть, — пожала я плечами. — Я люблю своих родных, но исключительно на расстоянии, которое не позволяет мне мотать нервы. И если Кристиан и Софи поженятся, то и тебе придется их любить.

— Звучит, как угроза, — Феликс тоже сорвал травинку и прикусил ее кончик, задумчиво пожевывая.

— Это она и есть, — с полностью серьезным видом уверила мужчину я. — Меня в данный момент интересует только один вопрос: как далеко может зайти бабушка в своих попытках поженить нас?

Феликс рядом тоскливо вздохнул. Старший инспектор не имеет права быть глупым. И он должен понимать, что замок Иверсенов сейчас больше напоминал минное поле. Скорее бы кузина осчастливила бабушку браком. И детками. И среди них обязательно должна быть ведьма. Я тогда не то, чтобы вздохну спокойнее, хотя бы смогу через раз нормально дышать.

— Мне интересно, насколько предприимчивой может оказаться Селена Иверсен? — спросил Феликс у облаков. Вечернее небо действительно красивое, жалко, что безмолвное. — Есть ли шанс на выживание?

— Главное, не терять бдительности, — не стала приукрашивать я. — А ты охотно дрова в костер подбрасываешь.

— Прости, — ухмыльнулся Феликс и стал похож на самого шкодливого пацана в компании, — ничего не могу с собой поделать. Ты так забавно на это реагируешь.

— Я? — от возмущения чуть не опрокинулась на спину, но мужчина заботливо поддержал меня, не давая слететь с бревна.

— Ты, — не стал скрывать свое ехидство Феликс. — Каждый раз глаза так смешно пучишь. И проклятия еле слышно шипишь. Словно кошка рассерженная.

Амулет из травинок порвался под моими пальцами. Называл ли кто-нибудь меня забавной? Таких смельчаков на моей памяти не было.

Я сначала и не заметила, что тишина между нами затягивается. Неужели есть мужчины, с которыми приятно помолчать? То ли мне не везло, то ли идиоты кучкуются вокруг ведьм, но обычно приходится либо отвечать на тупые вопросы о профессии, либо слушать бухтение о них, замечательных.

Но рано я приписала очередной плюсик в положительные качества старшего инспектора.

— Феликс? — недоверчиво спросила я, аккуратно ткнув мужчину в плечо.

В ответ мне только громко всхрапнули. Он как сидел, свесив голову на грудь, так и не пошевелился.

Пара минут бесполезных попыток тряски подсказали мне, что не зря антидот показался мужчине сладковатым. Бабушка хитра. Перепутать пузырьки я не могла, а, значит, она добавила в еду что-то для усиления эффекта. И сейчас Феликс должен был отрубиться в моей комнате. Не исключено явление ночью отряда морали с проверкой, дабы застукать нас на пикантном совместном сне. Но Селена Иверсен проиграла простому желанию погулять.

Это было бы весело, если бы не сгущающиеся сумерки. Бросить спящего в лесу, чисто теоретически, можно, и даже моя ведьмовская натура ничего не будет иметь против. Но почему-то попа словно приросла к стволу. А если, пока я схожу до замка, на старшего инспектора кто-нибудь нападет, это будет считаться моей виной?

Мне на нос упала большая капля. Закон подлости в действии. Только дождя мне сейчас и не хватало.

Эх, придется побыть злобной ведьмой. Любой наведенный сон легко разрушается от боли. Когда есть шанс ущипнуть самоуверенного нахала, почему бы им не воспользоваться?