Книга Сердце истинного вампира, страница 91 – Северина Мар

— Какая вы все-таки красивая, – прошептал он, и это было последним, что она услышала.

Катаржине снилось что-то из детства: как, будучи волчонком, она бежит по заснеженному лесу, а ее догоняет отец – огромный бурый медведь. Она давно так крепко не спала. Странно, что столь сладкий и теплый сон одолел ее в канализации.

Потянувшись, Катаржина разлепила глаза. Щелкнул затвор пистолета.

Она вскочила, шерсть встала дыбом. Как ее сон мог оказаться настолько крепким, что она не услышала шаги?

Яков сидел рядом, прижимаясь спиной к холодной бетонной стене. Он тоже все проспал.

Напротив них стоял десяток людей, одетых, словно какие-то повстанцы: высокие военные ботинки, камуфляжные брюки и куртки, некоторые были в бронежилетах и все, как один, увешаны оружием. Прямо сейчас не меньше дюжины пистолетов, заряженных серебряными пулями, были направлены на них.

Катаржина потянулась, протяжно и гулко рыкнула, заставляя эхо прокатиться под сводами туннеля. Серебряные пули создавали неудобство, но как они будут стрелять в такой тесноте? Их же самих рикошетом поубивает.

Мужчины вздрогнули, но не отступили. У некоторых по щекам загуляли желваки. Они должны были понимать, что перед ними оборотень – таких крупных волков не бывает, и им следовало знать, что сладить с ней будет не так-то просто даже с серебром.

Разглядев их лучше и принюхавшись, Катаржина поняла, что не такие уж они и мужчины – так, мальчишки. Тому, что стоял перед ней, сжимая в руке пистолет, было едва ли двадцать лет, остальным и того меньше.

Она напряглась, готовясь к броску. Самому наглому, посмевшему навести на нее дуло, она оторвет руку и отбросит его назад, чтобы своим телом разметал товарищей. Остальных загрызет – и пискнуть не успеют! А если ей еще и Яков поможет, так вообще быстро управятся.

— Ион, это ты, что ли? – Яков спросил так непринужденно, словно встретил старого знакомого на ярмарке, а не сидел под дулами заряженных серебром пистолетов. – Ты так вырос! Я тебя не узнал.

Встав на ноги, он принялся стаскивать с труб высохшую одежду и, отряхивая, натягивать на себя.

Катаржина удивленно подняла уши. Он повернулся к ним спиной, словно совсем не боялся. Это что, какая-то уловка?

Мальчишки, видимо, подумали так же.

— Панд… пандер Яков, я тоже вас узнал, – запинаясь, выдавил из себя тот, что стоял впереди остальных. – Не делайте глупостей! А то у меня рука не дрогнет…

— Я знаю, – отозвался Яков, застегивая тугие пуговицы рубашки. – Сам же учил тебя стрелять.

— Хонза знает, что вы здесь! Он хочет вас видеть.

— Как скажешь! Буду рад с ним повидаться.

Катаржина перестала что-либо понимать. Потянувшись, она обратилась в человека.

Ион застыл с разинутым ртом. Кто-то за его спиной выронил пистолет – метал звякнул о бетон. Ну, точно мальчишки! Может, даже женщин голых еще не видели.

Ничуть не смущаясь, Катаржина натянула теплую, пропахшую канализацией, одежду.

Они долго шли по переплетению туннелей, спускаясь все глубже под землю. У сопровождавших их парней были фонари, горевшие так ярко, что Катаржине не приходилось напрягать глаза. Серые бетонные стены сменились полукруглыми сводами, выложенными красным кирпичом. По канавам текли сточные воды, пахло фекалиями и плесенью, где-то капала вода, пищали крысы.