Книга Огонь, пепел и ветер, страница 208 – Северина Мар

— Если и в мыслях не было, то зачем тогда ты это сюда притащил? — поинтересовался дракон-император и замахал рукой, с зажатым в кулаке блеклым вещательным кристаллом.

— Я… я нашел кристалл в коридорах дворца, — признался Кир, почти не соврав. — Я даже не знаю, что на нем запечатлено. Умоляю, простите, мне не следовало нести его к вам.

Андроник Великий с сомнением перевел взгляд с побелевшего лица Кира на зажатый в кулаке кристалл. Тот казался тусклым и пустым.

— Ну раз так, то давай тогда посмотрим, что на нем запечатлено, раз ты все равно его сюда притащил.

Он бросил кристалл Киру, тот его поймал и сжал в ладонях, наполняя своей силой. Кристалл засиял наливаясь розовым светом. В воздухе над коврами повисла иллюзия.

Сперва, Кир вовсе не понял, что происходит. Ничего не было видно, а затем из полумрака выступили фигуры.

Казалось, что комнату освещало одно только розовое сияние кристалла. Дракон-император лежал в углу, скрючившись подобно нерожденному младенцу. Он был тощим и изможденным, и в нем словно едва теплилась жизнь. К нему подошел человек, облаченный во все черное. Лицо его от подбородка до переносицы закрывала повязка, но по буйным кудрям и лучистым глазам, Кир сразу узнал князя Дуаре, таким, каким он видел его на старых запечатлениях.

— Ваше величество, просыпайтесь, — сказал он. — Простите за внезапное вторжение. Меня больше не пускают к вам, а я так хотел вас увидеть, и… спасти. Ваши служители, безусловно, желают вам добра, но они видят в вас драгоценность, которую нужно запрятать в шкатулку и никого к ней не подпускать. Я же уверен, что в вас есть воля и сознание, — он говорил с ним ничуть не боясь, словно перед ним был не смертельно опасный, непредсказуемый дракон, а простой человек. — Они не выпускают вас на свет, но откуда в вас взяться новому огню, если вы совсем не видите солнца? — Он взъерошил волосы, словно чуть смутившись, и продолжил. — Может быть, я и не прав, но давайте хотя бы попробуем? Ваше величество, позвольте мне вывести вас на свет.

Князь достал из сумки на поясе повязку, подобную той, что закрывала его лицо. Смочив ее снадобьем из крошечного флакона, он пояснил:

— Мне пришлось, зажечь особые благовония, чтобы усыпить, охранявших вас служителей. Не уверен, что на вас эти травы подействуют, но лучше не рисковать. Вот прикройте лицо и постарайтесь глубоко не дышать, пока мы не выйдем из дворца.

Он обмотал повязку поверх носа и рта дракона-императора, а затем перекинул его руку через свое плечо, взваливая себе на спину.

Удивительно, но дракон-император никак не реагировал на такую наглость. Он был словно огромная кукла с отлитыми из зеленого стекла глазами.

Прихватив по пути кристалл, князь Дуаре вместе с Андроником Великим вышли из комнаты. Изображение тряслось и стало мутным от движения, но было видно, как они шли через зал, с лежащими на полу, одетыми в белое фигурами, как пройдя через длинную анфиладу, добрались до едва заметной двери, пробрались через узкий длинный коридор, и, наконец, вышли в сад.

Небо было предрассветно серым. Князь Дуаре держался вдали от проторенных троп и тащил дракона-императора через заросли и кусты.

Они дошли до заросшего лилиями пруда. На берегу высилась хорошо знакомая Киру ротонда — та самая, где когда-то Андроник Великий объявил об Отборе невест. Она казалась запущенной, и почти целиком заросла диким виноградом, так что едва можно было разглядеть мрамор колонн.