Книга Невесты дракона-императора, страница 174 – Северина Мар

Вскоре они были на месте. Служители распахнули перед ней высокие резные двери.

У Агаты сперло дыхание. Ей казалось, что вот вот она рухнет без чувств. Не помня себя, она шагнула внутрь

Опочивальня дракона-императора находилась в круглой башне. Вдоль стен тянулись стрельчатые витражные окна, закрытые полупрозрачными синими занавесями. По центру стояла кровать — тяжелая и широкая, с резным позолоченным изголовьем.

Дракон-император сидел в изножии постели на измятых простынях. Легкие, как морская пена, нижние одежды укрывали все его тело, оставляя нагими лишь бледное лицо, кисти рук и ступни с загнутыми когтями. Он опустил голову, закрыв лицо пеленой спутанных волос. Агата видела лишь его острый подбородок и искусанные красные губы.

Помимо него в комнате было не меньше десятка служителей. Они стояли недвижимо и тихо, подобно статуям, выстроившись вдоль тянущихся кругом стен.

Когда Агата вошла, дракон-император не поднял лица, но его тонкие нервные пальцы сильнее сжали простыни.

— Пошли все прочь! — сказал он и служители, склонив головы, стройными рядами, потянулись к двери.

Она сделала было шаг назад, не понимая, относился ли его приказ и к ней, но дракон-император тут же окликнул ее:

— Агата, ты останься.

Она вздрогнула, как от удара хлыста и замерла.

Мимо нее шли служители. Их лица были скрыты капюшонами и она не видела их глаз. Лишь один из них, проходя мимо, поднял на нее лицо, и несмело улыбнулся, словно этой улыбкой пытался ее поддержать.

Это был брат Сильвий, с которым она танцевала, готовясь к балу тысячу лет тому назад.

Двери захлопнулись за ее спиной. Все ушли. Они остались вдвоем.

Дракон-император молчал. Он смотрел на собственные ступни, елозившие по шелковому ковру.

Агата не знала, что ей делать. Она не была так уж наивна, и примерно знала, что мужчина и женщина могут делать наедине. Хотя мачеха всегда весьма расплывчато рассказывала о том, что происходит после таинства брака, Агата прекрасно разбиралась в разведении ферналей, и понимала, что должно произойти, чтобы на свет появились птенцы. Также Агата воочию видела вместе Веронику с Нестером и Лили с ее возлюбленным. Теперь, вспоминая странные стоны, доносившиеся из соседнего номера в постоялом дворе Зераны, она догадывалась, что ее соседям тогда было не то, чтобы плохо, а скорее очень хорошо.

Ей не верилось, что нечто подобное вот-вот произойдет и с ней и, что это сделает дракон-император. Раньше, она бы почувствовала себя самой счастливой девушкой во всей Империи, но теперь он пугал ее.

Мысленно, Агата возвращалась к тому дню, когда она сделала ужасающее открытие и, заговорив с ним на змеином языке, осознала, что не человек, а зверь в людском обличие. Все ее тело пробрало дрожью, а сердце и до того бившееся, как птица в клетке, едва не выскочило наружу из ее горла.

— Ты боишься нас? — спросил дракон-император по змеиному.

Агата до боли прикусила щеку, думая, что ответить.

Она вдруг вспомнила отца, и то, как когда она была еще совсем маленькой, он подвел ее к загону, где паслись фернали и объяснил, как надо себя с ними вести:

— Самое главное — нельзя бояться. Они сразу почуют твой страх и твою слабость. Ты всегда должна быть сильнее и выше их, пусть не телом, но духом, и тогда они подчинятся твоей воле.