Книга Развод. Мы забыли, как любили, страница 43 – Екатерина Гераскина

Моя Пустота, вечно голодная и жадная, рванулась вперед, но вместо того, чтобы поглотить магию, она словно замкнула цепь. Меня швырнуло в водоворот чужой силы, и перед глазами вспыхнуло видение — резкое, яркое, раскаленное добела.

«Я видела огонь. Черное, обугленное небо Империи, разорванное пополам. Драконы падали вниз, словно подбитые птицы, а по земле шла волна серой, всепоглощающей тьмы. И посреди этого хаоса стоял он — этот самый парень. Только его глаза светились неистовым серебром. Он рвал пространство голыми руками, выплетая из пустоты мерцающие нити порталов. Сотни порталов. Он спасал тысячи жизней, перебрасывая людей и драконов за пределы досягаемости смерти. От него зависело всё. Он был ключом. Но тут же картинка исказилась: парень упал на колени, серебро в его глазах потухло. Его душила тяжелая черная цепь. Пространство схлопнулось, и тьма сожрала Империю».

Я резко отдернула руку, хватая ртом воздух. Сердце колотилось так, словно хотело пробить ребра.

Видение было коротким, но его смысл отпечатался в мозгу каленым железом. Если этот парень останется в плену, если не сможет открыть те порталы — мы все погибнем. Империя падет.

Мой взгляд метнулся к его ногам. Я судорожно откинула изодранный край его штанины и увидела на левой щиколотке парня тускло поблескивал массивный браслет из черного металла, испещренный кроваво-красными рунами. Антимагический блокиратор. Тяжелый, древний и невероятно мощный. Он не просто сдерживал его силу портальщика — он вытягивал из него жизнь, подавляя саму его суть.

— Бездна, — прошептала я, лихорадочно оглядываясь по сторонам. — Мне нужно… хоть что-то!

Я заметалась по крошечной заимке, перерыла старый ящик у печи, заглянула под лавку. Ничего. Только ржавый, тупой нож для разделки туш. Им такую сталь не возьмешь.

Я снова упала на колени перед кроватью парня, тяжело дыша. Руны на браслете пульсировали в такт его слабому сердцебиению. Обычным инструментом этот артефакт не сломать.

Но я ведь сама по себе не была обычной.

Я прикрыла глаза, заставляя себя успокоиться. Вспомнила тот момент у горящего особняка, когда вытянула резерв Рейгана досуха. Моя магия поглотителя могла съесть что угодно.

Я решительно протянула обнаженную руку и обхватила ледяной черный металл браслета.

Меня тут же прошило током. Артефакт сопротивлялся, его магия была мерзкой, вязкой, отдавала вкусом ржавчины и гниющей крови. Она попыталась ударить меня, оттолкнуть, но я лишь зло оскалилась.

— Я… хозяйка, — прохрипела я, чувствуя, как внутри разворачивается бездонная черная воронка. — А ты — пища.

Я потянула. Жадно, агрессивно, высасывая саму суть подавляющего заклинания. Руны на металле вспыхнули ярким светом, обжигая мне ладонь, а затем начали стремительно тускнеть. Я пила эту темную магию, перемалывая ее своей Пустотой, заставляя подчиниться.

Раздался резкий, сухой треск.

Браслет, лишенный магической скрепляющей силы, просто рассыпался в пыль у меня в руках.

Я тяжело осела на пятки, отряхивая ладони. Во рту стоял металлический привкус.

В ту же секунду парень на кровати судорожно вздохнул. Его глаза резко распахнулись, но они были зелеными. Он не был дезориентирован, он не издал ни звука. Взгляд его был осмысленным, но диким.

Он встретился со мной взглядом.