Книга Хорошая и Хулиган со стажем, страница 38 – Алика Бауэр

Неужели он может согласиться? Он же не отдаст меня. Не может. Почему он просто не послал его нахрен? Почему не встал на мою защиту? Неужели ему настолько все равно на меня?

— Давай так, — донесся из-за двери голос, который я так ждала.

Замираю, а потом, затаив дыхание, льну к щели между дверью и косяком.

— Сыграем с тобой этот кон. На чистую. Кто выиграет — того и... девка.

Внутри все оборвалось, провалилось в ледяную, черную бездну. Пальцы так онемели, что стакан выскальзывает из рук и разбивается о кафель с хрустальным звоном. Но я даже не вздрогнула.

Как? Как он мог?

У Демьяна слабая комбинация. Как он мог с такими картами играть на меня? Наверняка проиграет! Он... он только что открыто, при всех, поставил меня на кон. Продал. Обменял, как вещь.

Предательство выжимает из легких последний воздух. Паника накатывает волной, захлестывая с головой. Судорожно хватаю ртом воздух, но его не хватало. Впиваюсь пальцами в столешницу. Глаза мечутся по кухне в поисках решения. Цепляются за дверь, уходящую куда-то в сад.

Бежать. Надо бежать. Сейчас же.

Лучше замерзнуть в ночном лесу, быть растерзанной волками, сгинуть в снежной пустыне. Лучше все, что угодно. Только не попасть в лапы к этому... Щукову.

Демьян

— Но в следующий раз удача повернется к тебе задом, — пьяный Щуков грозит мне пальцем, покачиваясь на месте. Наклоняется к коляске, и это движение чуть не отправляет его в полет вперед башкой. Кто-то из парней, кажется Павел, ловко подхватывает майора, будто кота за шкирку.

— Виталику ключи отдай, он тебя отвезет, — говорю ровно, глядя, как он косится на автомобильный брелок в своей потной ладони. Шатается, стоя на ровном месте.

В его затуманенном мозгу, видимо, кипит нешуточная борьба между гонором и инстинктом самосохранения. Инстинкт выиграл. Кивает, сдавленно булькнув что-то неразборчивое. Своего водителя он, как идиот, отпустил еще в начале вечера. У меня сейчас только Виталий на смене. У его напарника жена начала рожать на три недели раньше. Звонок пришел час назад. Отпустил. Что поделать. Значит, дом остается без охраны минимум на два часа. Мелкий просчет, но терпимый.

Щукова наконец выпроваживают за порог, не без помощи того же Павла. За Волковым приехал его отпрыск. Тот самый, что недавно глотал таблетки. Глаза в пол, вид максимально виноватый. Сухое «здрасте, до свидание». И он загрузил своего бесчувственного батю в машину.

— А ты рисковый, — говорит Рус, натягивая кожаную куртку. — Прям не изменяешь себе. Медичку свою совсем не жалко было ставить на кон?

Внутри все холодеет, но лицо остается каменным.

— А я и не собирался ее отдавать. Щуков профан. Одних понтов больше. У него на лице с самого начала было написано, что ничего путного у него в руках нет.

Рус коротко хмыкает, застегивая молнию.

— Но все равно, смело.

Конечно, не все было под контролем, как я сказал. Когда соглашался на эту идиотскую ставку, понимал, что опасно. Понимал, что фартуна может и отвернуться. Карты действительно не были козырными. Пришлось надеяться только на две вещи: на то, что физиономия Щукова, как всегда, его выдаст, и на то, что если что, я найду другой способ еене отдавать. Отказаться от игры было нельзя. Щуков, пьяный и заведенный, не отступил бы просто так. Но даже если бы я проиграл… Черт с ним, с протоколом. Нашел бы другой способ. Долг, угроза, еще одна сделка. Что угодно. Он бы не забрал мою Амалию.