Книга Хорошая и Хулиган со стажем, страница 91 – Алика Бауэр

Комната. Кровать. По бокам две тумбы с одинаковыми светильниками. Ковер на полу дешевый, синтетический, с выстиранным ворсом. Похоже на номер какого-то отеля среднего сегмента.

Около окна кресло.

В нем сидит Демьян.

Смотрит на меня непроницаемым взглядом. Только половина его лица освещена тусклым светом настольной лампы, остальное скрывает темнота. Он как будто состоит из двух половин: светлой и темной. Как и все, что между нами.

Сердце пропускает удар. Потом еще один.

— Что с Антоном? — голос выходит хриплым. Я аккуратно сажусь на кровати, придерживаясь рукой за матрас, чтобы не упасть. На мне все тот же медицинский халат, в котором я присутствовала на операции. Запах антисептика въелся в ткань или мне кажется?

— Беспокоишься о нем? — в голосе Демьяна ни капли эмоций.

— Я не могу узнать, что с моим братом?

Он смотрит испытующе. Так, что все внутри сжимается от страха. А у самой ладони покалывает от того, как сильно я хочу к нему прикоснуться. Просто дотронуться. Просто убедиться, что он настоящий.

— Ему светит десять лет, — Демьян произносит это с такой злостью, что я вздрагиваю. — Чему я крайне недоволен. Если удастся доказать, что то, чем он занимался, приводило к убийствам, можно надеяться на пожизненное.

— Я расскажу все, что знаю, — выпаливаю тут же без капли жалости к родному брату. Ощущение такое, будто сижу на иголках. Каждое движение причиняет боль, но неподвижность еще хуже.

Демьян кивает. Будто именно на это и надеялся.

— А что со мной?

— Если будешь работать со следствием, Щуков обещал обеспечить тебе безопасность.

Щуков. Тот самый человек, который хотел выиграть меня в покер как вещь. Который смотрел на меня как на кусок мяса. А теперь отвечает за мою безопасность.

Жизнь — сложна и непредсказуема.

— Спасибо, — шепчу, понимая, что даже об этом не могла мечтать. Что могло быть хуже. Намного хуже.

Как странно. Мы с Демьяном так неожиданно быстро стали настолько близки, что в присутствии друг друга дышать становилось легче, чем когда мы были порознь. А теперь стали чужими людьми. Между нами пропасть из крови, лжи и невысказанных слов.

— Я видела, ты без костыля… — говорю тихо.

— Да, — отводит взгляд к окну. — Знаешь ли, появилась мотивация.

Я — причина, по которой он снова может ходить. И я же — причина, по которой он хотел умереть. Но что именно послужило причиной, благодаря которой он снова захотел жить?

— Демьян, — голос сломлен, и ощущение такое, будто кто-то мои кости выкручивает в разные стороны. Медленно, с хрустом. — Прости меня. Если сможешь, конечно.

Он вновь отворачивается к окну. Ему настолько неприятно смотреть на меня?

— Накрыть Гордеева помог один из его приближенных помощников, — говорит он глухо. — Тот, который приходил с ним забирать тебя. Игорь.

Я замираю.

— Когда Игорь передал мне фото с места аварии, среди них был номер телефона. Я не сразу заметил. Потом, когда… пересматривал…

Чувствую, как горький ком снова режет горло. Он пересматривал фотографии. Снова и снова. Смотрел на доказательства моего преступления.

— Игорь давно хотел уйти от Гордеева, — продолжает Демьян, не оборачиваясь. — Но понимал, что тот его просто так не отпустит. Уж слишком много между ними было завязано. А у парня жена молодая, скоро ребенок родится. Он знал, что я охочусь за его боссом, и помог мне накрыть всю систему взамен на безопасность для своей семьи.