Книга Фальшивая жена, страница 146 – Алекс Вон

Я застыла на месте, не чувствуя ни пола под ногами, ни шума ресторана вокруг. Все звуки будто отступили куда-то далеко, оставив только глухой стук в груди и тяжесть в горле.

Я смотрела на него, не моргая, и не могла поверить в то, что вижу.

На секунду мне показалось, что я ошиблась.

Что это невозможно.

Что передо мной просто человек, слишком похожий на него. Но чем дольше я смотрела, тем отчётливее понимала — нет.

Это был Дэниел.

Настоящий.

Живой.

Я стояла, не в силах отвести взгляда, и слёзы уже начинали жечь глаза, когда всё внутри вдруг оборвалось. В груди стало так тесно, будто воздух исчез из ресторана вместе со всеми звуками.

Я сделала шаг назад. Потом ещё один.

Мне нужно было уйти. Прямо сейчас.

Я резко развернулась и почти побежала, будто если не остановлюсь, то смогу убежать от того, что только что увидела. Но я успела сделать всего два шага, прежде чем услышала его голос.

— Лилиан.

Я замерла.

Руки дрожали так сильно, что я сжала их в кулаки, стараясь унять эту предательскую слабость. Дыхание сбилось, стало быстрым и тяжёлым, будто я только что бежала слишком долго. Сердце глухо билось где-то в горле.

Медленно, очень медленно я повернулась.

Лицо у меня, должно быть, было совсем белым. Взгляд — потерянным и испуганным. Я даже не сразу смогла посмотреть ни на Дэймона, ни на Дэниела, потому что боялась, что в ту же секунду сломаюсь окончательно.

Но всё же я подняла глаза.

И снова увидела их обоих. Одного — живого, спокойного, зовущего меня по имени. Другого — того, кого я не ожидала увидеть никогда.

И именно в этот миг я поняла, что уже ничего не будет таким, как прежде.

Я впервые за долгое время посмотрела ему в глаза — и он тоже.

Его лицо оставалось почти безэмоциональным, спокойным, даже слишком сдержанным, но именно взгляд выдавал всё, что он скрывал.

В нём было напряжение, тяжесть и что-то ещё, слишком глубокое, чтобы выразить это словами. Он смотрел так, будто между нами за эти секунды успело случиться больше, чем могло бы произойти за целый разговор.

Я не могла отвести взгляд.

Сердце билось глухо и неровно, в груди всё сжималось от боли, растерянности и той странной, почти невыносимой тишины, что повисла между нами. Мне казалось, что если я сейчас моргну, всё исчезнет, и я снова останусь одна перед этой правдой, к которой не была готова.

Но он продолжал смотреть на меня.

Молча. Напряжённо. Так, словно хотел сказать что-то очень важное, но не позволял себе этого вслух.

Я смотрела ему в глаза, не в силах отвести взгляд, а он медленно, почти в замедленной съёмке, опустил его ниже. Сначала к лицу, потом к шее, ключицам — будто внимательно, почти жадно всматривался, скользил взглядом по каждой детали, по каждому изменению во мне.

Он словно сканировал меня молча, без слов, и от этого становилось только труднее дышать.

А потом его взгляд остановился.

На животе.

На моём беременном животе.

И в тот же миг что-то в нём изменилось. Напряжение не исчезло полностью, но взгляд потеплел — едва заметно, почти неуловимо, однако я увидела это так ясно, словно он коснулся меня. И именно тогда я не сумела сдержать слезу, которая тихо скатилась

Два года спустя

Иногда я всё ещё думаю о том вечере, когда всё изменилось.

Теперь он кажется почти нереальным — слишком далёким, слишком тихим, будто принадлежал не мне, а кому-то другому. Но стоит мне закрыть глаза, и я всё ещё вижу тот ресторан, тот взгляд, ту тишину, в которой вдруг стало невозможно дышать. Мы пережили многое, но именно тот момент навсегда остался во мне — как трещина, через которую в прошлое однажды вошёл свет.