Книга Безрассудный, страница 2 – Элси Сильвер

— Не притворяйся глупым. Это так плохо сочетается с нытьем.

Я не могу не спросить себя, почему я все еще замужем. Я знаю, почему я думала, что буду терпеть. Но сейчас? Теперь мне просто нужно встряхнуться и сделать это. Я снова смотрю на свой чемодан, упакованный так, словно я уезжаю на долгое время, и думаю, знает ли мое подсознание что-то, чего не знаю я.

Может, эта сучка наступает и вырывает меня раз и навсегда.

Я не против.

— Следи за своим гребаным тоном со мной.

Я прищуриваю глаза на своих кутикулах, пытаясь сдержать ярость, бурлящую внутри меня. Горячая расплавленная лава бурлит под прохладной поверхностью, просто ожидая, чтобы выплеснуться наружу.

Но я держу это в узде уже много лет. Я не позволю доктору Робу Валентину заставить меня извергнуться.

Он не стоит энергии.

Я перевожу взгляд на него через комнату. В мою комнату, потому что, когда я сказала ему недвусмысленно, что больше не буду спать с ним в одной постели, он направил меня в гостевую комнату, а не сам ушел — как истинный джентльмен.

Хотя он виноват.

Он причина того, что мы там, где мы есть.

И самое ужасное, что я любила его когда-то. Он был полностью моим. Безопасное место, которое я могла найти после того, как выросла в условиях, которые казались мне чем-то вроде внутренней холодной войны.

Я потеряла бдительность с ним. Я упала так чертовски сильно.

Он разбил мне сердце гораздо сильнее, чем я когда-либо покажу кому-либо.

Я не отвечаю ему; вместо этого я хватаю ручку своего чемодана и проталкиваюсь мимо его худощавого тела, направляясь к входной двери нашего раскинувшегося десятитысячефутового дома.

Я слышу, как он следует за мной. Туфли по мрамору. И, конечно, он не предлагает нести мой чемодан.

Кривая улыбка кривит мои губы, и я качаю головой при мысли, что он потрудится пошевелить пальцем, чтобы помочь. Самое трудное для меня принять с крахом моего брака то, что я этого не предвидела. То, что я могу быть умной, и успешной, и стратегической во всем, что я делаю, и все же позволять этому мудаку ослеплять меня, просто... унизительно.

Меня бесит, когда меня так обманывают.

Я чувствую, как он кипит рядом со мной, излучая ярость. А я просто продолжаю спокойно жить, надев носки в высокие кожаные сапоги и накинув на себя длинное коричневое шерстяное пальто.

— Серьезно, Уинтер? Ты даже не собираешься почтить меня ответом?

Я методично завязываю пояс пальто на талии, решив, что у меня нет никакого желания его вообще почтить.

Проблема в том, что Роб хорошо меня знает. Мы вместе уже пять лет, а это значит, что он тоже понимает, как меня разозлить.

Его глаза скользят по моему лицу, принимая злобный ухмылку.

— Ты мне больше нравилась со светлыми волосами. — Его указательный палец скользит по моей голове, оценивая темные пряди, увенчанные более теплым тоном. Он всегда был одержим тем, что у меня серебристо-светлые волосы, говорил мне, как сильно он их любит. — Этот новый цвет не такой привлекательный. Он выглядит грязным.

Но подкрашивание корней, фиолетовый шампунь и глубокий кондиционер слишком много работы для измученного резидента, поэтому я попросила своего стилиста сделать темные блики.

Я моргаю пару раз, как будто не могу поверить, что у него хватает наглости вести себя так, будто то, как я крашу волосы, — это личное оскорбление по отношению к нему.