Книга Безрассудный, страница 28 – Элси Сильвер

— Это был не кто-то. А если бы и был, я бы никогда не ходил здесь и не говорил об этом. Тебе придется получать свои городские сплетни в другом месте.

— В таком маленьком городе все выходит наружу. Тебе нужно быть осторожным, если планируешь провести здесь больше времени, Тео. — Теперь она говорит со мной более серьезным тоном.

Мы никогда никому не рассказываем. Я сам это написал, и я никогда не предам доверие Уинтер. Слишком много людей в ее жизни делали это, и неважно, кто мы или если я больше никогда ее не увижу — я не буду еще одним человеком, который подведет ее или лжет ей.

Я пожимаю плечами и удерживаю ее взгляд, потому что я ничего не говорю.

— Никто.

Ретт прыгает рядом со мной, фыркая и тяжело дыша. Но Саммер? Саммер просто смотрит на меня. Кажется, она знает. Но как она могла? Я не думаю, что хоть один человек когда-либо догадается, что мы с Уинтер окажемся вместе.

Я наездник на быках, а она врач.

Я огонь, а она лед.

Она хочет забыть обо мне, и прямо сейчас я не могу перестать думать о ней. Ее более мягкой стороне. То, как она открылась мне. То, как она прошептала мое имя, когда...

— Двадцать пять бёрпи, Сильва. — Губы Саммер растягиваются в зловещей улыбке.

— Ты шутишь?

Ретту нечем даже посмеяться, но когда я смотрю на него, я могу увидеть, как его бородатые щеки растягиваются в улыбке.

— Нет. Поднимай свою задницу.

— Я думал, что закончил? — ныл я, но делал так, как она говорит, потому что я пообещал себе, что заставлю своего отца гордиться этим сезоном. Он, может, и погиб, оседлав быка, но он сделал это, имея за плечами пару чемпионатов.

Он был наставником Ретта, а у Ретта их два.

Я хочу одного. Я хочу частичку его величия. Я был бы счастлив получить хотя бы частичку их успеха, чтобы тоже стать частью этого наследия.

Я хочу быть чем-то большим, чем дикий ребенок Всемирной федерации верховой езды на быках и фантастической ласточкой.

Итак, я начинаю делать берпи.

Саммер улыбается мне и качает головой.

— Ух ты. Ты действительно не хочешь, чтобы кто-то узнал о вчерашнем вечере.

— Он просто... расстроен, что уже... не достиг своей цели, — Ретт выдыхает рядом со мной, когда я начинаю свой первый прыжок в воздух. Мои мышцы бунтуют

против меня, когда я заставляю свое тело вернуться к действиям после того, что уже было двухчасовой тренировкой.

— Какова была твоя цель, Тео?

Я игнорирую их обоих.

Конечно, я перешагнул цель, которой поделился с Реттом во время одного из наших разговоров, но я не собираюсь объяснять им, что это было как-то по-другому.

Это было не просто еще одно —

— Что-то о жизни как монаха в следующем сезоне, чтобы помочь ему сосредоточиться.

Ретт усмехается, наклоняясь, и я ловлю себя на мысли, что надеюсь, что он блеванет. Волнение толкает меня сильнее. Продолжая идти, я чувствую на себе взгляд Саммер.

Оценка. Она слишком чертовски внимательно все анализирует. Видит слишком многое.

— Ты пахнешь текилой, — говорит она, явно решив не навязываться своему жениху.

Как только я присоединяюсь к Ретту на коврике, пыхтя и отдуваясь, желая, чтобы я был мертв, он поворачивается и ухмыляется мне.

— Я знал, что ты никогда не сможешь удержать свой член в штанах.

Хотя это и шутка, его слова ранят. Они также являются толчком.

Мне нужно мотивироваться, потому что я хочу уважения своего наставника. Я не хочу быть объектом шуток или выглядеть ребенком, который никогда не вырастет. Я хочу следовать за своими мечтами и доказать себе, что могу делать то, что захочу.