Книга Безнадежный, страница 104 – Элси Сильвер

— Что ты делаешь? — спрашивает она, продолжая свой поток сознания, пока я сажусь рядом с ней на кровать.

— Втираю немного лосьона в ноги.

— Как это делают среди ночи, — сухо отвечает она.

Я фыркаю и продолжаю, подпирая одну ногу квадрицепсом, чтобы нанести прохладный крем на пятнистую кожу.

Бейли смотрит, не говоря ни слова.

Я смотрю на нее, и ее глаза метнулись к моим, но снова опустились на мою ногу. Я перехожу на другую ногу и начинаю тереть. Хотел бы я сказать, что им стало лучше, но мои руки просто натирают кожу. Я рычу от разочарования, отказываясь смотреть на нее.

Тишина между нами почти неловкая.

А потом Бейли говорит: «Она втирает лосьон в кожу» самым мягким, самым сладким голосом.

Я рассмеялся.

Мои ноги горят, как будто я застрял в этой гребаной пещере, но тогда я не смеялся.

— Бейли! — хрипло выдавливаю я ее имя, и слезы наворачиваются на глаза. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не только что процитировала «Молчание ягнят».

Ее мелодичный смех ласкает мои уши, и кровать трясется под нами, когда мы оба смеемся над самой жуткой цитатой, которую она могла вытащить.

Но это Бейли. Говорит всякую чушь в случайные моменты.

— Женщина, ты вышла из-под контроля. — Я вытираю уголки глаз, чувствуя запах лосьона без запаха, который пахнет для меня как больница.

— Давай. Ты должна мне сказать, почему мы молча сидим здесь бок о бок, нанося крем на ноги посреди ночи.

Я все еще хихикаю, когда даю ей объяснение.

— Фантомная боль от ожога, согласно Google.

— А твой врач?

Я хрюкаю.

— Бо.

— Я не спрашивал. Не большой врач.

— Терапевт?

Я бросаю на нее криво взгляд.

— Ты говоришь, мне нужна терапия?

— Я бы пошла, если бы могла себе это позволить. Надо заботиться о себе, Бо. Если ты не сделаешь, то кто? — Пока она ругает меня за то, что я не забочусь о себе, она выползает из-под одеяла, спускаясь к краю кровати. Затем она смотрит на меня, складывая руку в призывном жесте.

— Дай мне ногу.

— Похоже, сделаешь.

Она дергает мою ногу к себе на колени, руки так нежно обхватывают чувствительную кожу. Жжение мгновенно успокаивается под ее прикосновением. Ее изящные пальцы скользят по моим конечностям легким, как перышко, прикосновением. Она наносит увлажняющий крем на мою лодыжку, сильнее прижимая ее к задней части голени.

— Кто-то должен это сделать.

— Может быть, моя невеста, — говорю я, не сводя глаз с ее лица.

Когда она смотрит на меня, я думаю, исправит ли она это на фальшивую невесту. Я уже употреблял этот термин дважды сегодня вечером. Я проверяю наши границы, ожидая, что она вернет меня в строй.

Но она этого не делает.

— Может быть, — тихо соглашается она.

Ее руки работают, и мы оба теряемся в наблюдении, пока она не спрашивает: «

— Что ты ел в той пещере восемь дней?

— Паек из моего набора. Глоток воды здесь и там. Это было немного, но как раз достаточно, чтобы каждый из нас мог выпить понемногу каждый день. У нас закончилось накануне, они спасли нас. Мика голодал, поэтому я давал ему больше сухого пайка.

— Так ты просто не ел?

— Я этого не говорил. Мне нужно было хотя бы оставаться достаточно сильным, чтобы вытащить нас, когда пришло время.

— Ладно. Так что…

— Тараканы. — Я ухмыляюсь, когда говорю это, готовясь к тому, что она станет брезгливой. Но я должен был знать лучше. Она не знает.