Книга Безнадежный, страница 42 – Элси Сильвер

Собравшись с силами, я отряхиваю платье и направляю разговор в другое русло.

— Ладно, ладно, я пойду домой. Увидимся. — Я дарю ему улыбку, которая кажется натянутой и обращена на него только на мгновение, пока я оглядываюсь вокруг, усаживаясь на землю, как будто это очень интересно.

— А как насчет твоих братьев?

Он снова привлекает мое внимание к себе вопросом, и я машу ему отмашкой.

— Нет. Они будут отсыпаться после прошлой ночи. Без папы они даже не притворяются, что стоят в очереди.

Он оценивает меня слишком пристально. Его челюсть отвисает, что говорит о том, что он мне не верит или ему не нравится ответ. Исходящий от него оттенок гнева заставляет меня нервничать.

— Ладно, ладно...

— Нам нужно скорее рассказать моей семье. Было бы странно, если бы они узнали об этом от кого-то другого.

— Сегодня я ухожу. Мы могли бы…

— Ладно. Я посмотрю, что я смогу сделать, и дам тебе знать.

Сейчас он весь в делах. За исключением листа, застрявшего в его волосах. Мои щеки подёргиваются от этого зрелища.

Я ожидала, что буду чувствовать себя неловко рядом с Бо, неловко из-за этой сделки. Но нет. Я практически показала ему свои соски, и теперь мы стоим здесь и болтаем, как обычные взрослые, которые могут легко говорить о сексе и телах.

— Отлично. Ну… — Я покачиваюсь на ногах, ища способ закончить этот разговор, не зная, куда мы пойдём дальше. — Спасибо за… практику.

Слово вырывается с неловким смехом, и я качаю головой, снова опуская взгляд.

Только чтобы увидеть, что опухоль на его шортах всё ещё там.

Это фальшивка, фальшивка, фальшивка.

Внезапно я чувствую себя намного менее взрослой. Я чувствую головокружение и неуверенность, и мне нужно уйти, чтобы зарыться в подушку и переосмыслить все, что произошло в моей жизни за последние несколько дней.

Итак, я бросаюсь к едва заметной тропинке, которую я проложила по эту сторону берега, потому что мне нужно оставить немного места между Бо и его большим членом и мной.

Низкий смешок ласкает мой затылок.

— Бейли, нам понадобится гораздо больше практики, если мы собираемся провернуть это.

— Почему это? — кричу я через плечо, отказываясь поворачиваться к нему.

— Потому что если ты будешь вести себя так нервно рядом со мной, никто не поверит, что мы безумно влюблены. И мне нужно, чтобы они слезли с моей задницы.

Я издаю лающий смех. Все это просто смешно.

— Ну, только не спрашивай меня, мокрая ли у меня киска перед ними. — Я взбираюсь на насыпь и чувствую себя более уверенно, теперь, когда у меня есть место для дыхания. Руки на бедрах, я смотрю на него сверху вниз, слегка фыркая, вдыхая свежий утренний воздух.

— Тогда все будет хорошо.

На его лице снова появляется эта озорная улыбка, но это не просто игра — в ней есть и доля опасности.

— Но так и будет, верно?

— Нет. Потому что это подделка, помнишь?

Теперь он потягивается, заложив руки за голову, ухмыляясь, как Чеширский кот.

— Ты очень хорошо подделала эти твердые соски, сахарные сиськи.

Я, безусловно, откусила гораздо больше, чем могу прожевать.

И все, о чем я могу думать, глядя на этого прекрасного, сломленного, сбивающего с толку человека, это...

Что, черт возьми, я натворила?