Книга Воронье гнездо, страница 68 – Марика Макей

— Чего ты там копаешься, раз толку нет? – указывая на коробку, в десятый раз спросил Рыжий. – Мне уже это дерьмо глаза намозолило. – Парень отпихнул от себя ржавый нож, принадлежавший когда-то Федору Ильичу.

— Зачем-то ведь он хранил это все!

— Да, но, кроме истории о Митрофане и о том, что некоторые призраки приходят в ярость от человеческого гнева, ничего толкового там нет.

— Жаль, что они не сошлись с Аглаей Васильевной, – вздохнула Зоя. – Про гнев отпечатков она ему рассказала, но не призналась, что видит деда… Оба были так одиноки, и оба остались наедине со своими печалями и страхами.

— Ладно, – разделив письма Федора Ильича на кучки, хлопнул в ладоши я. – Тут – о демонах-перевертышах, тут – об убийствах в деревне, эти – про утопленниц.

— Места убийств мы прочесали, – скучающе прокомментировал Кики, – и никаких отпечатков не нашли. А перевертыши… Свиньи-оборотни… ты серьезно, Слав?

— Что-то из этого ведь должно быть правдой…

— Может, – буркнуло тело на диване, – никаких призраков больше нет? Может, вообще уже некого искать? Или дело вовсе не в отпечатках… они – как побочный эффект, а причина проклятия глобальнее.

— Тогда должно быть что-то, что питает проклятие Гнезда, Глеб! – с нажимом парировал я, не желая сдаваться. – С чего-то ведь все это началось.

— Аномальная зона, – выдохнул Глеб. – Божья задумка. Или дьявольская. Пофиг. С чего ты вообще взял, что сможешь это исправить?

— Ты мне дал на это надежду!

В комнате повисла тишина. Нервы присутствующих были напряжены до предела; казалось, одно неверное движение – и громадный пузырь негодования и отчаяния лопнет, и мрак поглотит каждого. Глеб вставил в рот сигарету, щелкнул зажигалкой и закурил. Парень сделал глубокую затяжку и шумно выдохнул, будто с табачным дымом пытался избавиться от гложущих его чувств. Зоя, не желая мириться с поведением Глеба и с тем, что он «делает из дома ее бабушки притон», молча подошла к нему, выдернула изо рта сигарету и потушила.

— Даже не вздумай больше приносить сюда эту дрянь! – вспыхнула она.

— Вдруг так даже лучше? – не обращая на Зою внимания, прошептал Глеб.

— О чем ты? – не понял я.

— С воспоминаниями уйдет и страх…

— И поэтому ты так психуешь? – огрызнулась Катюха. – Страха боишься лишиться?

— Мелкая, иди домой. Хватит со мной нянчиться… Перед смертью не надышишься.

— Да перестань вести себя так! – взвизгнула Катюха. Двенадцать лет, а такая бойкая. – Хуже ребенка, честное слово! Поднимай задницу и начинай что-нибудь делать. Все у нас получится… найдем призрака. Ведь так?

Катюха уставилась на меня, ища поддержки. Энтузиазма в данный момент мне точно недоставало, но ради слухача я закивал настолько активно, насколько смог.

— Почему мы ищем подсказку только в этой коробке? – Катюха отступать не собиралась. – Давайте проведем расследование… вспомним все деревенские слухи.

— А источниками этих слухов будут старики, верно? – Я принялся запихивать письма обратно в коробку. – Я уже сто раз расспрашивал бабушку. Даже Тимофеевне досталось.

— В Гнезде есть и другие пожилые люди. Например, твоя бабушка, Глеб. Дед Кики.

— Я у своего тоже спрашивал, – подал голос Кики, – и теперь он уверен, что у внука крыша поехала. А когда я святую воду стащил, так и вовсе решил, что в меня бес вселился.