Книга Радио «Морок», страница 83 – Татьяна Мастрюкова

— ЭТО ЧЬЯ ЖЕ?

В БАШМАКИНО МЕЛКИХ ДЕТЕЙ СОВСЕМ НЕ БЫЛО, А НЕМНОГОЧИСЛЕННЫЕ ПОДРОСТКИ ТУСИЛИ ЛИБО НА РЕЧКЕ, ЛИБО В СТАРОМ КОЛХОЗНОМ ГАРАЖЕ, ГДЕ У НИХ БЫЛО ЧТО-ТО ТИПА КЛУБА. В ИТОГЕ РЕШИЛИ, ЧТО ЭТА ДЕВОЧКА КОГО-ТО ИЗ ПРИЕЗЖИХ, ДА И ЗАБЫЛИ О НЕЙ. А СЛОВА ПРО МЕРТВЯКОВ МЫ БЛАГОРАЗУМНО УТАИЛИ, ТАК ЧТО РАЗБИРАТЕЛЬСТВ НЕ ПОСЛЕДОВАЛО.

А ПОТОМ ПОЧЕМУ-ТО НАС СТАЛО БЕСПОКОИТЬ, ЧТО ЗА НАМИ ПОСТОЯННО ШПИОНЯТ. ТАК ЧТО В КАКОЙ-ТО ИЗ ДНЕЙ МЫ, ОБНАРУЖИВ ЗАТАИВШУЮСЯ В ПРИВЫЧНОМ МЕСТЕ ДЕВОЧКУ, ПОБРОСАЛИ СВОИ ВЕДЕРКИ И РЕШИТЕЛЬНО ДВИНУЛИСЬ В ЕЕ СТОРОНУ. ОНА ТОЧНО НЕ ОЖИДАЛА ТАКОГО ПОВОРОТА, ПОЭТОМУ ЗАМЕШКАЛАСЬ И ДРАПАНУЛА, ТОЛЬКО КОГДА МЫ УЖЕ ПОЧТИ ВПЛОТНУЮ ПОДОШЛИ К КУСТАМ.

МЫ НЕ ОТСТАВАЛИ. ДЕВОЧКА ОЧЕНЬ РЕЗКО ПОСКАКАЛА ПО КОЧКАМ ОБНАРУЖИВШЕГОСЯ ЗА ЧАСТОКОЛОМ ОВРАЖКА И ПРЫГНУЛА, КАК НАМ ПОКАЗАЛОСЬ, В КАКУЮ-ТО ЯМУ. ТАК БЫСТРО ПЕРЕДВИГАТЬСЯ У НАС НЕ ПОЛУЧАЛОСЬ. НОГИ РАЗЪЕЗЖАЛИСЬ НА МОКРОЙ ТРАВЕ, КОЕ-ГДЕ В САНДАЛИКИ ПРОСАЧИВАЛАСЬ ЖИДКАЯ ГРЯЗЬ.

КОГДА НАКОНЕЦ-ТО УДАЛОСЬ ДОБРАТЬСЯ ДО БЕГЛЯНКИ, ТОЧНЕЕ, ДО МЕСТА, ГДЕ ОНА В ОЧЕРЕДНОЙ РАЗ ПРЯТАЛАСЬ, ВЫЯСНИЛОСЬ, ЧТО ЕЕ УЖЕ И СЛЕД ПРОСТЫЛ. А МЫ ВСТАЛИ КАК ВКОПАННЫЕ. НИ ЗА ЧТО НА СВЕТЕ НЕ СТАЛИ БЫ МЫ ПРЯТАТЬСЯ НА КЛАДБИЩЕ!

ОНО БЫЛО МАЛЕНЬКОЕ, ЗАРОСШЕЕ ГУСТОЙ ТРАВОЙ, ЯВНО ЗАБРОШЕННОЕ, СУДЯ ПО ПОТЕМНЕВШИМ И РАСКРОШИВШИМСЯ ОТ ВРЕМЕНИ ДЕРЕВЯННЫМ КРЕСТАМ. ЖЕЛАНИЕ ИСКАТЬ ДЕВОЧКУ СРАЗУ ПРОПАЛО, И МЫ, НЕ СГОВАРИВАЯСЬ, ПОВЕРНУЛИ ОБРАТНО.

С ТОГО САМОГО МОМЕНТА МЫ ТВЕРДО РЕШИЛИ, ЧТО ЭТА НЕПРИЯТНАЯ ДЕВЧОНКА НАМ И ДАРОМ НЕ НУЖНА, И БОЛЬШЕ НЕ ОБРАЩАЛИ НА НЕЕ ВНИМАНИЯ. Я УЖЕ И НЕ ПОМНЮ, ПОЯВЛЯЛАСЬ ЛИ ОНА СНОВА В КУСТАХ ИЛИ НЕТ.

ПОТОМ УЖЕ, СПУСТЯ ВРЕМЯ, КОГДА ТЕТЯ С БАБУШКОЙ ПЕРЕБРАЛИСЬ ИЗ СВОЕГО БАШМАКИНО В ПОСЕЛОК ГОРОДСКОГО ТИПА, ПОЧТИ ГОРОДОК, Я КАК-ТО НАЧАЛА ВСПОМИНАТЬ ПРО НАШ ЛЕТНИЙ ОТДЫХ, И ВСПЛЫЛА ЭТА ИСТОРИЯ ПРО СТРАННУЮ ДЕВОЧКУ.

ТОЛЬКО ВОТ БАБУШКА С ТЕТЕЙ КЛЯЛИСЬ И БОЖИЛИСЬ, ЧТО ЗА ЧАСТОКОЛОМ НИКАКОЙ НЕ ОВРАЖЕК, А ЗАРОСШАЯ НИЧЕЙНАЯ ЗЕМЛЯ, А ДАЛЬШЕ — НЕБОЛЬШОЕ ПОЛЕ, ТОЖЕ НЕ ИСПОЛЬЗУЕМОЕ В ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ЦЕЛЯХ. И КЛАДБИЩА В ТЕХ МЕСТАХ ОТРОДЯСЬ НЕ БЫЛО, НИ ДЕЙСТВУЮЩЕГО, НИ ЗАБРОШЕННОГО.

И ДЕТЕЙ В ТО ЛЕТО, КРОМЕ НАС, НИКАКИХ В ДЕРЕВНЮ ТОЖЕ НЕ ПРИЕЗЖАЛО.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

На улице начало темнеть. Подходил к концу наш первый день в Жабалакне. Хотелось надеяться, что и последний.

Не так мы думали его провести — не здесь, и с папой. Может, пожарили бы шашлыки или колбаски. Просто посидели бы у костра. А не это вот все.

Полусонная мама погнала нас приводить себя в порядок.

Необходимость сходить в туалет расстраивала меня. Совершенно не хотелось переться в этот жутковатый домик, да еще и в темноте. С другой стороны, мы сто раз путешествовали на машине и насмотрелись на заведения разной степени ужасности. Здесь оно было относительно приличным — и все равно каким-то жутким...

Я не показывала своих эмоций Лесе, которая и так уже начала ныть на этапе надевания обуви. Правда, едва мы вышли за порог, как сестра примолкла. Ее голос в деревенской тишине звучал неестественно громко, и это казалось, неизвестно почему, небезопасным. Круг света от фонарика освещал пространство ровно на пару шагов вперед. Дальше все поглощала тьма, будто мы шли по коридору, полностью занавешенному черной тканью.

Вдруг перед нами, уже за пределами света, но еще не полностью поглощенное чернильной темнотой, через дорожку перевалилось что-то крупное. Скорее даже, тяжело перепрыгнуло. Что-то типа большой собаки, про которую дядя Митяй говорил, что ее уже нет, или, может быть, кошки. Если они умеют прыгать на корточках.