Книга Станция Лихо, страница 80 – Надя Сова

— Он один из знающих?

— Бери выше, он был один из Стражи.

— А это кто?

— Хватит на сегодня рассказов, устала я. Был бы у нас справочник Ладного мира, я бы тебе его выдала. И почему у нас до сих пор никто этим не озаботился, залетные же здесь не в новинку?

— Так вы все знаете?

— Это слишком очевидно.

На улице стало тихо, все ушли. Мне, с одной стороны, хотелось с ними – может, тогда я поняла бы, что делать дальше. Но с другой, сидеть дома было куда приятнее.

Ладный мир с его условностями раздражал. А еще я поняла одно: тут все запутались, отчего и звереют. Фома и Юра мне говорили одно, Нора говорит совершенно другое, Як и Стас в это не лезут, идеальные исполнители.

Знак на стене дома немного светился. Я пожалела, что пропустила момент, когда все собрались и прошли через него, или как он вообще работает?

— Интересно, а хоть кто-нибудь понимает, что тут вообще происходит? – вслух озвучила я свой вопрос.

— Кот, – ответила Матрона Михайловна.

— Кто? – удивилась я.

— Кот, огромный рыжий кот, если кто и разбирается, то это он. Он ближе всего к Великому дубу.

Я не первый раз слышала про кота, даже в воспоминаниях Зната мелькал огромный рыжий кот. Пушистый и толстый. Буквально подходящий под описание, что коты – это жидкость.

Я снова глянула в окно. По дорожке бежала кикимора, тащила за собой старый потрепанный матрас. Несуразное существо обмоталось тряпками, среди которых еще можно было опознать чьи-то колготки и даже семейники. Видимо, она решила похозяйничать, пока владельцы ушли. Споткнулась о собственную лапу и слетела с дорожки. Поднялась, поводила носом по воздуху, бросила матрас и резко прыгнула в жидкие кусты рядом.

Что-то спугнуло ее. Или кто-то.

Я услышала тяжелые шаги, их звук перекрывал даже ворчание Матроны Михайловны, просачивался в дом и заставлял беспокоиться. Мы никого не ждали, все ушли на помощь Ратнику.

А если это Лихо пожаловало за мной, пока никого нет дома?

Даже защитные знаки не вселяли в меня уверенность. Шаги приблизились вплотную к нашему дому, поднялись на крыльцо, открылась дверь.

— Это кто пожаловал? – удивилась Матрона Михайловна и вышла с кухни навстречу гостю.

Я поспешила за ней. В дверях стоял Ратник. В руке он держал пистолет.

— Напугала, старая карга! – возмутился он и спрятал оружие. – Я думал, в доме никого нет.

— У нас свет горит, – заметила Матрона Михайловна. – Думаешь, свет для всяких-разных оставили?

Ратник промолчал и перевел взгляд на меня. Видимо, не узнал, так как не проявил никакого интереса и переключился обратно на Матрону Михайловну, но та завалила его вопросами раньше.

— Чего пришел-то? Друг твой со всеми в центре, сам же звал.

— Да, – кивнул Ратник. – Я знаю. Я не к нему.

Я ничего не знала про руководителя южного сопротивления, кроме одного – он поддерживал Льва. Знал ли он, что сделал Лев и чего вообще добивается?

— А к кому? – В голосе Матроны Михайловны прозвучал новый оттенок удивления. – Все же ушли.

— Но вы-то здесь остались.

— И на кой мы тебе сдались?

Ратник молча осматривал дом, не спешил отвечать. А внутри меня все кричало, что надо уходить, это опасный человек. И намерения у него опасные. Я рано расслабилась, здесь никому нельзя доверять.

— Шел бы ты отсюда, – строго сказала Матрона Михайловна. – Пока мы тебя не заставили это сделать.