Онлайн книга «Шесть зимних ночей»
|
— Не желаю ничего слушать! — Отец! – воскликнул Томас. – Ты слышишь?! Господин Гаррет прислушался. Откуда-то неподалеку раздавался приглушенный вой. Озадаченный, тоскливый и весьма оскорбленный вой… — Это Уинслоу! – догадался Томас. – Звук идет… отсюда… На ржавой бронзовой тележке у лестницы стопкой стояло несколько чемоданов. Вой доносился откуда-то оттуда. Отец подошел и, поставив на стойку коробку, гневно глянул на сына. Тот понял этот взгляд и поспешно открыл верхний чемодан. Пусто… За первым последовали и второй, третий, четвертый… Уинслоу нигде не было, а вой все звучал. Наконец, открыв последний, самый нижний чемодан, Томас обнаружил бедолагу Уинслоу. Кот глядел на него громадными испуганными глазами, хвост его торчал трубой, а шерсть стояла дыбом. Почти сразу, как крышка поднялась, Уинслоу выпрыгнул из чемодана и нырнул за стойку. — Гремлин запер его в чемодане? – недоверчиво спросил отец. – Как это возможно? Томас не успел ответить. — Эй, что за кавардак?! – На первый этаж с лестницы выглянул Фредди. – В гостиницу снова заявились головорезы, пришедшие по душу Томми? — Это не головорезы, молодой человек, – прозвучало хриплое за спиной Фредди, и тот, лишь заслышав этот голос, едва не свалился с лестницы. К стойке медленно и величественно спустилась миссис Кархх из восемнадцатого номера. — Я видела того, кто учинил весь этот беспорядок, господин Гаррет, – сказала старуха. — Гремлин из угольного ящика, – кивнул хозяин гостиницы. — Нет, это не гремлин. Это был гоблин-белсникель из свиты Крампуса. Он пришел, чтобы испортить Новый год. Тут даже господин Гаррет не выдержал: — Мадам, что за чушь вы… — Где он, миссис Кархх? – прервал отца Томас. – Вы сказали, что видели его. Где и когда? — Только что. Я видела, как он забежал в Газетную гостиную. Томас и Фредди переглянулись и бросились туда. Старуха сказала правду. Белсникель был в гостиной. Стоял перед украшенной елкой и потрясенно глядел на нее, задрав голову. Под мышкой он сжимал подарок, который стащил из комнаты Томаса, – стеклянный снежный шар. Услышав шаги, Ворончик обернулся и попятился. Глянув на Томаса, он чуть склонил голову набок и высунул длинный черный язык, а затем снова повернулся к елке. Томас и Фредди одновременно поняли, что сейчас произойдет. — Нет, нет, нет! Не делай этого! – закричали они, не сговариваясь, и бросились к коротышке, но было поздно. Ворончик запрыгнул на елку и покарабкался по ней. Закачались ветви, зазвенели развешанные на ниточках игрушки. Елка начала крениться… — Держи ее, Фредди! – воскликнул Томас. Фредди неловко выставил руки, пытаясь удержать заваливающуюся елку, но не смог, и та рухнула прямо на него. Томас успел отскочить в последний момент. Красавица-елка лежала на полу, из-под нее раздавалась ругань Фредди, некоторые игрушки превратились в уродливые стеклянные осколки. Гоблин-белсникель из свиты Крампуса добился своего – испортил праздник. К слову, сам он непринужденно, словно не натворил бед, высунул нос из колючей зеленой хвои и чихнул. Томас прыгнул к нему, сунул руку в ветви и, схватив коротышку за ногу, выдернул его наружу. После чего отобрал снежный шар (повезло еще, что он был цел) и потащил Ворончика к выходу из гостиной. Вслед ему раздался голос старого мистера Тёрнхилла, который ошарашенно наблюдал за всей сценой из своего кресла у окна: |