Книга Небесный берег, страница 143 – Лизз Демаро

— А как же Джодера? – удивилась Табия, немного смущаясь, и аккуратно отодвинула от себя Эванжелину, чтобы посмотреть ей в глаза.

Эванжелина заулыбалась:

— Мы ей ничего не скажем.

И они обе рассмеялись. Эванжелина – глотая слезы, Табия – радостно.

Бильяна наблюдала за ними, прислонившись плечом к стене.

Герсий стоял в стороне со скрещенными на груди руками и надеялся, что его никто не замечает. Как только он начинал думать, что свыкся с чужими жизнями, проникающими под кожу, голова снова начинала раскалываться и боль становилась невыносимой, напоминая: он не имеет права забывать. В такие моменты у Герсия не всегда получалось дышать.

Он сжимал собственные плечи и рассматривал пол из разноцветной узорчатой плитки. Улавливал радость и грусть, улавливал тоску Эванжелины и надежду Табии, спокойствие Бильяны, раздражение Эверлинга, возбуждение Джейлея и Джодеры, заинтересованность Маркэля и отстраненность Этель. Улавливал десятки других эмоций людей, чьи имена он не знал, и каждая захватывала сознание.

Не всегда удавалось понять, чьи чувства были более разрушительными. Он в равной степени хотел сбежать и от своих, и от чужих. Абсолютная безэмоциональность привлекала отсутствием боли и внезапных вспышек, затуманивающих разум. Будь он хладнокровным, жизнь сложилась бы иначе. И внутренний стержень не был бы настолько поломанным.

Пытаясь сконцентрироваться на своем дыхании, Герсий не сразу заметил паренька лет пятнадцати, который налетел на него, чуть не сбил с ног и, быстро извинившись, побежал к коридору, ведущему в кухню. Он не успел ничего сказать, только уставился на него, а потом на пустое место, где секунду назад маячил подросток. Затылок прострелила привычная тупая боль, Герсий закрыл глаза, прислонившись головой к стене.

Вдох-выдох.

Кто-то коснулся его плеча, и первым порывом было резко смахнуть чужую ладонь, лишь бы остаться хоть ненадолго одному, хотя бы мысленно. Герсий открыл глаза.

Эверлинг молча смотрел на него и вряд ли собирался начинать диалог. Герсий остановил внимание на его зеленых глазах, сосредоточился на зрачках и упорно старался игнорировать внутреннее состояние Эверлинга, напоминающее хаос. Беспорядочные всплески агрессии, нервозности и ненависти вперемешку с едва уловимыми огоньками тепла – Герсий привык к беспорядку, творившемуся в голове Эверлинга, но иногда терпеть его становилось невыносимо.

— Скоро мы отсюда уйдем, – сказал Эверлинг непривычно мирно.

Вопреки спокойному голосу, Герсий знал, что Эверлинг далек от спокойствия.

Кто-то из Ворон вышел на улицу, кто-то прощался с Эванжелиной, Джейлеем и Джодерой. К Герсию и Эверлингу почти никто не подходил, кроме парочки самых отважных и улыбчивых, кто-то даже полез с ними обниматься. Эверлинг послал их к демонам.

По лестнице спустилась Алана, и Герсий среди всего шума – ему так показалось – услышал стук ее каблуков. Она удивленно взглянула на Табию, которая ни на шаг не отходила от Эванжелины, о чем-то говорила с Бильяной и смеялась. Алана хлопнула несколько раз в ладоши.

В холле воцарилась тишина, только Джейлей и Маркэль над чем-то посмеивались, но и они вскоре успокоились.

— Что за собрание? – холодно спросила Алана.

— Они, конечно, те еще придурки, но все же помогли нам, – усмехнувшись, ответил Маркэль и хлопнул Джейлея по плечу, а второй рукой приобнял Джодеру. – А с этими двумя вообще не соскучишься!