Онлайн книга «Дьявольские шутки»
|
Бермуда определённо знал, куда и с какой силой давить. И давил. — Убей меня, если он меня схватит, — выпалила Ила и, не дав Ригану возможности ответить, ринулась в бой. Бермуда не стал показывать сражение полностью — им обоим это было ни к чему — и решил перейти к самому главному: к тому, как Риган вонзил нож в сердце Илы. Риган видел, как Илу схватил сам Бермуда — не тот, с которым он говорил несколько минут назад и которого должен был выманить с острова, а тот, другой, из прошлого — и как Ила умоляюще смотрела на него и безмолвно шептала одними губами: «Убей». Выбора у них не было. Они оба — и Ила, и Риган — знали, что служить Бермуде она не смогла бы. Неосязаемые тени оплели её руки и ноги и тянули к Бермуде. Ила сопротивлялась, но даже её силы тогда было недостаточно, чтобы противостоять силе тех, кто служил Морскому Дьяволу. До этого она сражалась с одним из Палачей и уже чувствовала усталость. Тогда Риган отбивался от нападавших, но сейчас просто стоял на месте. Никто не пытался его убить или ранить, на него вообще не обращали внимания. Рука Ригана потянулась к ножу: он не мог понять, то ли он сам по инерции хотел снова убить Илу, то ли это Бермуда заставлял его. Риган бросил в неё нож — попал в самое сердце. Тени отступили. И этого хватило, чтобы Монро подлетел к упавшей Иле, поднял её на руки и отбежал в сторону — к Ригану. Она истекала кровью, захлёбывалась и задыхалась. Смотрела на Ригана — с нежностью. И улыбалась. Последний раз. — Позаботься о моей дочери, — это были последние слова Илы. Иласэйд Файлель умерла на руках Ригана Оделиса. Он вырезал этим же ножом у неё сердце, потому что только так они могли быть уверены, что Ила умрет. «Эгерия» вмиг оказалась у берегов Тортуги. А потом все повторилось вновь. Живая Ила снова стояла перед Риганом, а потом её снова утаскивал кто-то в чёрном плаще, чье лицо Риган разглядеть не смог. Он снова доставал нож, снова бросал его, и нож снова попадал в сердце. Монро снова поднимал её на руки, подносил к Ригану, и Риган снова вырезал её сердце. А следом «Эгерия» снова причаливала к Тортуге. Снова, снова, снова. И снова. Риган сбился со счета после семнадцатого раза. Он убивал Илу вновь и вновь, и с каждым новым разом отчётливее слышал смех Бермуды. Ладони были в крови — настоящей или иллюзорной. Пальцы дрожали, нож несколько раз падал, но потом вновь появлялся в руке. Сердце Илы ещё билось, когда Риган сжимал его. Снова, снова, и снова. — Риган! — чей-то знакомый голос раздался из-за спины, но Риган не мог повернуться, не мог ответить. Рука опять тянулась к ножу, чтобы в очередной раз убить самого важного человека в жизни. Кто-то позвал его по имени второй раз, когда бьющееся сердце опять лежало в его ладонях. Сейчас все должно было исчезнуть в тумане и начаться заново. Не началось. — Риган! Прогремело два выстрела. Туман рассеялся, палуба корабля — тоже. Риган стоял на коленях на земле Маледиктуса, а напротив него Бермуда держался за грудь. Сквозь сжатые пальцы просачивалась чёрная вязкая кровь. Наконец сумев обернуться, Риган заметил позади себя Юшенга и Джию, которые целились из ружей в Бермуду. * * * — Ещё чего захотел! — недовольно бросила Ханна Кёртису Нивену. Летиция оступилась, но не упала и благодарно кивнула Ханне. Грэм скинул с плеча ружье и, зарядив его, прицелился в Кёртиса. |