Книга Дьявольские шутки, страница 166 – Лизз Демаро

Сейчас Ханна Ламан напоминала порождение самого Дьявола во плоти.

Если бы Бермуда видел сейчас Ханну, он бы пожалел, что не заполучил её себе. Но он не видел.

Ханна плавно направилась к Кёртису, словно летела по воздуху. Ноги ступали по палубе неслышно, едва соприкасаясь с деревом. Кёртис отбросил Летицию в сторону, она впечаталась в борт и, обмякнув, рухнула без сознания. Грэм, забыв про боль, уставился на Ханну и затаил дыхание. Она вытянула руки перед собой, протягивая их к Палачу без попытки прикоснуться.

— Сука, не смей.

Кёртис Нивен понимал, что в его нынешнем состоянии один он не сможет справиться с Ханной. Внутри всё горело, рёбра словно впились в сердце, и он чувствовал, как её магия — магия Ханны — разрушала его. Кажется, он не заметил пару пуль, попавших в него, иначе как ещё Кёртис мог объяснить, что уже едва стоял на ногах, а ведьма перед ним должна была вот-вот его уничтожить? Он попытался ударить её, связать хлыстом, хоть как-то обезвредить.

Ханна не произнесла ни слова, но тонкие фиолетовые нити сожгли в чёрном огне его кнут. На секунду Грэму показалось, что он заметил страх в глазах Палача. Но Палачи ничего и никого не боялись. Даже умирая.

Чёрный огонь с фиолетовыми отблесками поднимался с палубы, оставляя дерево невредимым, и обволакивал Кёртиса Нивена. Пламя обнимало Кёртиса, и Грэм готов был поклясться, что пламя могло бы ласкать его, если бы не убивало. Медленно, мучительно больно. Он не мог пошевелиться, не мог даже закричать. Страшное зрелище. Грэм не стал смотреть до конца, он отвернулся в тот момент, когда чёрный огонь Ханны достиг головы Кёртиса и поджёг его волосы.

И вот тогда раздался неистовый крик.

Ханна была беспощадной и от Кёртиса Нивена оставила только пепел.

И упала на колени. Огонь растворился, её глаза снова приобрели привычный карий цвет, губы стали алыми, а трещины исчезли. Ханна жадно дышала и пыталась откашляться, пригнувшись. Кончики пальцев оставались черными, будто испачканными в саже, но уже не светились и не метали маленькие молнии. Грэм подлетел к ней:

— Ты в порядке? — выпалил он, схватив за плечи.

Ханна кивнула, ещё кашляя, но выпрямилась и дышала уже спокойнее. Грэм почувствовал облегчение, едва осознав, что ведьма действительно в порядке и не умирала, как только что — Кёртис Нивен. Про Летицию он и думать забыл, но от Ханны не отходил ни на шаг, больше не обращая внимания на пульсирующую боль в ладонях.

— В порядке, в порядке, — прохрипела Ханна, слабо улыбаясь. — Не думал же ты, что так просто отделаешься от меня, старпом. Я ещё от тебя кольца жду вообще-то.

— Какого кольца? — не понял Грэм, растерявшись.

Ханна нахмурилась и несильно стукнула его ладонью по лбу:

— Обручального, дурень!

— Я люблю тебя, — выдохнул Грэм, тоже улыбаясь ей в ответ и радуясь, что Ханна Ламан выбрала именно его. Не каждая женщина, спалив своего врага потребует обручальное кольцо.

— О, да неужели! Для того, чтобы услышать это, мне требовалось всего-то ввязаться в смертельную авантюру, рискнуть своей жизнью, призвать древнюю магию и заставить одного из наших врагов исчезнуть. Что ж, старпом, требования у тебя какие-то завышенные, — тараторила Ханна. Она поднялась на ноги, огляделась и отряхнула юбку. — Ладно, пойдём. Главного подонка мы ещё не убили.