Книга Слеза Василиска, страница 57 – Екатерина Шитова

Я поднёс холодную руку к губам и поцеловал ее.

Жанна долго смотрела на меня молча, как будто вспоминала все случившееся, а потом, наконец, она приподняла голову и удивленно спросила:

— Антоша, как ты стал Василиском?

Я смущенно спрятал руки, покрытые уже остывшими черными линиями, напоминающими чешую. Но она взяла мою руку и прижала к своим губам.

— Я знала, что ты сильный. Я верила, что ты справишься с жаждой, Антоша… Я так люблю тебя!

Я крепко обнял Жанну и поцеловал в нежные, теплые губы. Оказывается, если верить в самого слабого или в самого плохого, это может кардинально поменять и того, и другого. Вера дает толчок к переменам. Героями чаще всего становятся не самые сильные, а те, в кого верят.

— Прости меня… – прошептал я, вдыхая родной аромат ее кожи.

Жанна погладила меня по растрепанным волосам.

— Мне не за что тебя прощать. Это ведь я тебя втянула во все это.

Дрова в печи громко потрескивали, от этого, такого простого и обыденного, звука, нам обоим было уютно. В сторожке царил полумрак, а на стене висела старая, заношенная рубаха Василиска, но заговорить о его смерти никто из нас не решался. Какое-то время мы с Жанной молча смотрели друг на друга. Между нами были чувства, а все слова были лишними.

А потом Жанна встрепенулась, поднялась с кровати. И я тоже встал.

— Вчера тут погибли люди, но их тел нет. Я не знаю, куда они делись, – напряженно сдвинув брови, сказал я.

— Вампиры всегда заметают следы своих преступлений, – мрачно проговорила Жанна.

— И что нам теперь делать?

— Уходить отсюда как можно скорее! Бежать, чтобы нас не нашли.

Жанна тревожно посмотрела в окно. А я задумчиво нахмурил брови.

— Ты хочешь сказать, что…

— Да, Антоша, мы уедем, и твоя жизнь уже никогда не будет прежней. Ты забудешь про морг и про свою холостяцкую квартирку, заваленную книгами. Ты забудешь про этот маленький северный городок, в котором мы нашли друг друга. Ты все забудешь. И начнешь новую жизнь.

Она внимательно смотрела на мое лицо, пытаясь понять, что я чувствую. А меня вдруг переполнило радостное ликование. Предвкушение перемен – сладкое чувство, оно наполняет людей жизненными силами.

— Я готов на все. Главное, мы вместе.

Жанна улыбнулась и крепко обняла меня.

* * *

Оставив Жанну в сторожке, я съездил домой, собрал нам вещей и денег в дорогу. У меня были кое-какие накопления, на первое время нам хватит на жизнь. Городок словно вымер – в праздничные дни все сидели по домам, по улицам гуляли лишь беспризорные собаки. Мне не терпелось оставить этот город в прошлом, слишком долго я тух здесь, прозябая в старом, как мир, морге. Пора оставлять мертвое и возвращаться к живому! Так думал я, откапывая из-под снега у морга свою развалюху. Старая девятка, как ни странно, завелась с третьей попытки. Когда я выезжал с парковки, мне навстречу попал Гриша-труповоз на своей газели. Пришлось остановиться и открыть окно, чтобы поговорить с ним и не вызвать подозрений.

— Ну что, сменили тебя, наконец-то, Антоха? Едешь на заслуженный выходной?

— Ага, даже не верится! – наигранно улыбнулся я.

— А я вам сразу трех мужичков везу. Парни из полиции сказали, у всех ножевые ранения. Вот как у нас год-то начинается! Петрович придет, опять заворчит, что много работы, – ухмыльнулся Гришка.