Книга Ведьмы, страница 39 – Екатерина Шитова

Настоятельница монастыря, увидев ребенка, предложила его умертвить. Она объяснила, что это будет по-божески, якобы дав жизнь такому дитя, я обрекаю его на вечные муки.

Еще настоятельница говорила мне, что у каждого живого существа свое предназначение в этом мире. Участь моего ребенка – научить меня терпению и искренней скорби. Эти слова никогда не утешат мать. Когда она носит ребенка в своем чреве долгие месяцы, потом порождает его на свет в страшных муках, она делает все это ради жизни. Только одно предназначение может быть у дитя по мнению матери – жить…

Именно после слов настоятельницы, в которых под маской служения богу скрывалась страшная жестокость, нежность к уродцу заполнила мое сердце. Обливаясь слезами и целуя его страшное личико, я пообещала, что сделаю все, чтобы защитить его сейчас, раз я не смогла уберечь его раньше. Я пообещала ему, что, пока я жива, он будет под моей защитой. Я буду оберегать его всегда, даже тогда, когда моя душа покинет тело. Всегда буду с ним…

Я назвала сына Авраамом и спрятала его в потайной комнате, сказав настоятельнице, что мальчик умер.

Авраам рос. Он не видел ни дня, ни ночи, не знал о смене времен года, он не знал ничего о мире, запертый в маленькую комнату. Я заходила к нему по несколько раз в день, чтобы покормить, но остальное время он пребывал в одиночестве. У меня не было выбора – выпустить из комнаты я его не могла.

Я знала, что у Авраама нет человеческого будущего, ведь помимо внешних недостатков, у него были проблемы и с умственным развитием. Мозг его замер на уровне трехлетнего ребенка, а тело продолжало расти.

Я любила его таким, какой он есть. Но по ночам я молилась. Мне хотелось лишь одного – чтобы мой сын чудесным образом исцелился, стал обычным человеком. Когда моя вера иссякла, я стала плакать. А когда и слезы закончились, появились мысли. Я подумала, что если я не могу сделать своего сына обычным человеком, значит я сделаю так, чтобы в его однообразном существовании было больше радостей.

Тогда я впервые запустила к Аврааму ребенка. Это было так давно, что я уже даже точно не помню, как звали того мальчишку… Матвей, кажется его звали Матвей. Славный был мальчишка – умный, добрый и понимающий. Я думала, они смогут подружиться с Авраамом. Но случилось несчастье.

Во время игры Авраам убил его. Задушил. Это… Это вышло совершенно случайно. Просто мой сын не рассчитал свои силы. Неудивительно, ведь раньше он никогда не играл с другими детьми. Я не могла раскрыть правды и сказала настоятельнице, что Матвей сорвался с крыши монастыря и погиб. Мне поверили, никто не стал проверять.

После Матвея я привела к Аврааму Настасью. С ней я сделала огромную ошибку – я заранее рассказала ей об Аврааме. Она испугалась, не хотела идти к нему. Мне пришлось силой заталкивать ее в комнату.

Настасья была умницей, поначалу она хорошо справлялась со своей обязанностью. Авраам считал ее своей куклой, он очень любил играть с ней. Но потом Настасья стала вредничать мне. Она стала рассказывать всем о том, что в моей комнате живет великан-циклоп. Слава богу, до настоятельницы эти разговоры не дошли, а дети подумали, что Настасья все это выдумала.

Чтобы обезопасить своего сына, мне пришлось избавиться от Настасьи. Я отвела ее в лес и оставила там. Жалела ли я ее? Конечно, мне было ее жаль. Сердце мое разрывалось от печали, я люблю и жалею всех детей. Но свой ребенок мне все же дороже.