Книга Тени Казани, страница 42 – Юлия Шляпникова

«Ты не знаешь, куда пропал Дима?» — написала она Саше, уже сидя за домашним компьютером.

«Лиля говорит, что так бывает иногда, не переживай, объявится».

Ада вздохнула и поставила на загрузку из торрента новую серию какого-то сериала, который ей посоветовала Саша. Ей было неловко, но все так делали. В глубине души она чувствовала, что не хватает какой-то части, будто теперь за Димой закрепилась доля ее сердца и всегда, когда его не будет рядом, этот кусочек будет напоминать о нем.

Так прошло еще два дня, и наступило одиннадцатое сентября.

Ада особо не обращала внимания на прибывающую луну за окном, ведь с каждым днем ее тревога из-за исчезновения Димы становилась все сильнее. С утра она, уже традиционно не завтракая, отправилась на пары без особой надежды. Ее не грело ни редкое в их краях солнце, ни соседский лабрадор, который чуть не сшиб с ног, требуя внимания, ни цветущие на клумбе перед домом пышные астры всех оттенков ее любимого сиреневого.

Пары в этот день были сплошь общие, потоковые, так что Ада зашла в кабинет и уже привычно посмотрела по сторонам в поисках знакомой красной пряди. Ее обладатель обнаружился на самой дальней парте полукруглой аудитории.

Ада, не веря своим глазам, помахала ему, но Дима, окинув ее каким-то рассеянным взглядом, только кивнул и опустил глаза.

— Привет! Ты куда пропал? — садясь рядом с ним, спросила она.

— Да так, дома проблемы были, — без особого энтузиазма ответил он.

— Все в порядке?

— Уже да.

Ада растерялась и замолчала, не понимая, что сделала не так. Разговор совсем не клеился.

Тут в аудиторию зашла Саша и, увидев их рядом, решительно поднялась к ним.

— Явился, значит? А кто обещал, что к полнолунию у нас будет информация? — плюхнувшись рядом с Адой, спросила она.

Дима скривился, как от головной боли. От него сильнее, чем обычно, пахло шалфеем и табаком.

— Ну не до того было, понимаешь? Что Лиля говорит, все в порядке?

Они вели диалог так, будто Ады тут и не было вовсе: не самое приятное ощущение, когда тебя игнорируют.

Но как раз вошла преподавательница, и разговор оборвался на середине.

Ада попыталась сконцентрироваться на лекции, но ее мысли то и дело возвращались к Диме. Поймав очередной ее взгляд, он покачал головой, словно прося не задавать вопросов. Она только вздохнула, понимая, что есть нечто недоступное ей. И вряд ли оно будет доступно.

В детстве, когда мама обижалась на что-то, она переставала разговаривать с домочадцами. Ада давно привыкла, что нужно в такие моменты извиниться, даже если не знаешь за что, и не чувствуешь вины.

Оставался вопрос — что она в этот раз сделала не так?

После пары они втроем вышли из аудитории. Оставалась еще одна сдвоенная лекция, но Саша на нее не пошла.

— У нас уже скоро выезд, я не могу опоздать. Иначе потом добираться на четырех лапах, а это далековато будет, — пожаловалась она, помахала им на прощание и ушла по направлению к лифтам.

— Ты идешь на лекцию? — спросила у Димы Ада.

Он кивнул.

— А расскажешь, что случилось?

Видимо, в ее голосе было что-то такое, что Дима чуть заметно поморщился и ответил:

— Не бери в голову. Мне просто нужно отдохнуть.

Незаданный вопрос «Это из-за меня?» так и повис в воздухе, но она не решилась его озвучивать.

Лекция прошла в некомфортном молчании. Ада физически чувствовала, как Диме не хочется здесь находиться, но он почему-то досидел время до конца. Уже собирая вещи в сумку, Ада спросила без особой надежды: