Книга Наличники, страница 89 – Юлия Шляпникова

Но ее страхи не сбылись. Они довольно быстро поднялись по скрипящим и местами обледеневшим ступеням к нужному дому. И хотя пару раз Руслан останавливался, чтобы перевести дух, долго ни на одном участке пути он не задерживался.

Дом стоял перед Аней точь-в-точь как на фотографии, и она удивилась, как не вспомнила его сразу, увидев снимок. Вот и табличка в луче солнца блеснула, словно говоря, что они идут по правильному пути.

— И что, просто так постучимся? – в нерешительности застыла Аня перед воротами. Их украшали такие же деревянные узоры, как и на наличниках, а посреди обеих створок красовались то ли солнышки с лучами, то ли диковинные цветы.

— Звонка я не вижу, так что стучим, – сказал Руслан и затарабанил в калитку. Тут же отозвался пес, звеня цепью.

— Иду! – раздался хриплый окрик из недр дома почти сразу. Видимо, у хозяина был очень хороший для его возраста слух. Хотя с такой-то громкой собакой…

Заскрипели ступеньки под весом ног, потом снег во дворе, тот же голос прикрикнул на пса, и калитка распахнулась.

Перед ними стоял старик. Он совсем не был похож на себя с фото, но Аня уловила что-то знакомое в его лице. Глаза, может быть, или разлет кустистых бровей.

А вот он, казалось, увидел призрака. Аня не удержалась и обернулась, ожидая увидеть кого-то из их с Русланом бабушек. Но здесь были только они трое – и высовывавшаяся из будки во дворе собака на цепи.

— Кого надо? – недружелюбно отозвался старик и крепче ухватился за ручку.

— Вы Тахир-абый? – поинтересовался Руслан.

— Ну я. А вы кто такие? И чего надо?

Первоначальный шок прошел, чем бы он ни был вызван, и Тахир-абый явно приготовился дать отпор непрошеным гостям.

— Меня зовут Аня, – оттеснив спутника в сторону, представилась она и достала из сумки фотоаппарат. – Я фотограф, снимаю наличники в Джукетау. Мне про вас и ваш дом Ренат-абый с соседней улицы рассказал. Вот я и подумала: может, у вас найдется минутка рассказать о том, кто его построил? И кто сделал такие украшения? А я напишу про вас заметку.

То ли ее успокаивающий тон, то ли что еще его смягчило, и Тахир-абый распахнул калитку.

— Проходите во двор, но, если решите чем-то меня обидеть, Рекс не даст вам уйти.

Носивший такое грозное и совсем не подходящее ему имя двортерьер навострил уши и поднял морду, правда, тут же опустил ее обратно на лапы и не сводил глаз с чужаков.

Аня обошла дом и сделала пару десятков кадров. Руслан стоял у ворот, мелко дрожа. Она заметила это, только когда вернулась к исходной точке.

— Тебе совсем плохо? – шепотом поинтересовалась она, не сводя тревожного взгляда.

Руслан невозмутимо покачал головой. Только мертвенно-бледный цвет лица и дрожащие даже в теплых перчатках руки выдавали его настоящее состояние.

— Тахир-абый, можно нам погреться? Руслану нехорошо, – попросила Аня, игнорируя возмущенные протесты спутника.

Старик глянул на него, потом на Аню и только махнул рукой, зовя за собой. Видимо, он только старался казаться неприступным и грозным.

Рекс проводил их взглядом, и Аня улыбнулась, вспомнив свою Карамельку, которая столь же внимательно следила за ее редкими гостями.

В доме было тихо, чисто и как-то одиноко. Из небольших сеней, заставленных старой деревянной мебелью, они попали в прихожую, такую же компактную, но неожиданно уютную. Повесив куртку на вешалку и сбросив сапоги, Аня поднялась вслед за хозяином по ступенькам в жилую часть дома и оказалась на кухне. Руслан шел за ней – она слышала его уверенные шаги, их не мог заглушить даже мягкий полосатый половик на деревянном полу.