Книга Големикон, страница 42 – Денис Лукьянов

— Ох нет, – Прасфора на бегу убирала тетрадку Альвио обратно. – Ну вот надо ж именно сейчас…. Где он был, когда горел вагон?

Дождь хлестал так, словно небо стало морем, разом упавшем вниз со всеми камнями, водорослями и рыбами – Попадамс не удивилась бы, если в следующее мгновение ей на голову свалилась бы морская звезда. Звезды на небе, спрятанные за тучами, казалось, тоже смывает.

Девушка бежала по горной тропе, поскальзываясь – дорогу слишком быстро размыло, и каждый поворот мог окончиться неуклюжим падением. Сюда Прасфора дошла за несколько минут, но на обратном пути дорога оказалась бесконечной – впереди, через дождевую ширму уже еле-еле пробивался желтый свет магических фонарей.

Гром подгонял. Молнии приобрели форму острых стрел с блестящими свинцовыми наконечниками. Гроза бушевала прямо над горным Хмельхольмом.

Прасфора выбежала на вокзал – в отличие от домашнего, перрон здесь не был прикрыт навесом, а потому дождь громогласно разбивался о камень, шипя на рельсах. Поезда не было видно, хотя маленькая часть мозга, напоминающая о забытых, но чертовски важных вещах, орала во всю глотку.

На перроне, как привязанная к будке бешеная собака, носился всего один человек, слегка покачиваясь.

— Либо сумасшедший, – подумала Прасфора, прикрывая голову сразу двумя сумками, – либо кто-то из рабочих.

Гром чуть не пробил небо насквозь.

— Эй! – крикнула девушка набегу. – Простите, но когда обратный поезд?

Мужчин, заляпанный сажей, обернулся. Встал, но все равно покачивался.

— Обратный поезд? В такую грозу?

— Ну да…

— Никакого обратного поезда не… нэ… не будет, – пожал он плечами, ни то зевнув, ни то икнув. Потом взглянул на большие вокзальные часы, но, судя по выражению лица и прищуру глаз, ничего не разобрал, – по крайней мере, до утр-э-а.

— Вы сейчас серьезно? – не могла поверить Прасфора.

— В такую погоду и шутить-то не… нэ… не хочется, – он смерил девушку изучающий взглядом.

— Но как же…

Девушка не закончила – все равно, словами делу не поможешь. Прасфора постоянно искала любые возможные решения проблем, которые не давали ей двигаться вперед, и останавливалась только когда стены-препятствия оказывались непробиваемыми. Да и то возвращалась, как только находила очередной способ двигаться дальше. Жизнь, воистину, в движении – в движении против течения постоянных проблем и загвоздок.

Попадамс знала: как на каждого зверя однажды найдется капкан, так и на каждую проблему – решение.

Девушка посмотрела на огромные ворота, ведущие внутрь горы. Золотистые барельефы-грифоны мерцали в свете фонарей даже через стену дождя.

Снова гром – будто сами горы зарычали. Прасфора с детства не боялась грозы, тем более так, как боялась кухни, но даже ей стало не по себе.

Мужчина никуда не ушел. Наоборот, подошел ближе, прищурился и сказал:

— Но… – о, это спасительное слово, вечно соединяющие обрывки безысходного и великолепного. Ну, не всегда, потому что вторая часть фразы вышла совсем уж не той, которую девушка ожидала. – Всегда можно провести время намного лучше… э…

— Ну все, – про себя вздохнула Прасфора. – Начинается.

Мужчина вытянул руки вперед, намереваясь схватить девушку, но та просто очень вовремя увернулась – разнос еды по столикам в кабаке оказался очень хорошей тренировкой, особенно, когда все гости опрокинули по кружке-другой теплого пива, и уже не очень-то отдавали отчета в своих действиях. Зато, связавшись с Прасфорой, моментально трезвели и сами на утро извинялись.