Книга По краю земли, страница 71 – Катерина Ромм

Венда сидела на перевёрнутом тазу и потирала ногу.

— Нет, – сказала она громко, скользнув взглядом по записке Камилы, а потом добавила ещё несколько слов, но уже тише и склонившись вперёд, так что не было видно её губ.

Камила вздохнула. Так продолжалось весь вечер: Венда не могла запомнить, что не все люди могут слышать, не все могут говорить. Не все такие, как она… Очевидно, Венда жила в каком‐то другом мире, беззаботно-бирюзовом, как глубина небес. И неужели Ангел действительно ближе к таким людям, чем к ней, Камиле, просто в силу их происхождения?

Ни Венда, ни мальчики не признались, кто она такая, да и Меркурус совершенно не обратил внимания на её имя – а то бы, может, подумал дважды, прежде чем ввязываться в драку с отцом ради незнакомцев. Но Камила несколько раз прочла это имя по губам. А уж когда чудаковатая девушка сняла глупую шляпку и Камила смогла хорошенько рассмотреть её лицо в обрамлении золотистых локонов, предположение окончательно подтвердилось. Сбежавшая дочка старейшины Ориендейла, племянница короля и, если верить слухам, наследная принцесса Флоры очутилась в Набреге и предстала перед ними во всей красе: она выглядела болезненно и, по мнению Камилы, имела довольно вздорный характер.

Прекратив оплакивать ушибленную ногу, Венда кивнула Камиле, привлекая её внимание. Она ткнула пальцем в стеклянную банку с тёмным кремом рядом с рукомойником.

— Что это?

«Краска для волос моей мамы», – написала Камила на листке. Она была поздним ребёнком в семье, «подарком Ангела», и её мама стеснялась своей ярко выраженной седины. Сама Камила не видела в этом ничего плохого. Какая разница, сколько маме лет? Она в любом случае лучшая на свете.

Камила всегда знала, что ей повезло с семьёй – не только мама, но и отчим были светлыми людьми, справедливыми и надёжными. То, что такое счастье выпадает не каждому, она усвоила ещё в раннем детстве, наблюдая за соседом, мальчиком на два года старше её. Меркурус был в своей семье лишним: отец выпивал и буянил, а у матери не хватало сил постоять ни за себя, ни за сына. Каждую неделю в их доме кричали, били посуду и крушили мебель, и тогда мальчик прятался под крыльцом, зажав уши. Иногда отчим Камилы приводил его к ним, но чаще Меркурус гордо отказывался – он привык часами сидеть под лестницей. Несколько лет назад, после очередного скандала, мать слегла. Дядя Меркуруса приехал за ней и увёз на север, в Ельну. Но мальчика пришлось оставить с отцом: по закону официальная опека родителей над детьми заканчивалась лишь в день второго совершеннолетия, в девятнадцать лет. Камила и Меркурус вместе считали оставшиеся недели до праздника.

— Можно я возьму? Как её использовать? – Венда провела пальцем по банке и вопросительно взглянула на Камилу.

«Только чуть-чуть». Отложив лист с карандашом, Камила помогла Венде снять крышку и распределить немного средства на корнях, как делала мама. Однако волосы принцессы были такие длинные, что никакого крема не хватило бы. Камила сбегала за ножницами.

— Отлично! Режь до плеч, – кивнула Венда.

Камила догадывалась, зачем Венда стремится избавиться от роскошной шевелюры. Вот ведь мальчики утром удивятся! На эту ночь они остались у Меркуруса, а Венда у Камилы, потому что искать другой приют было уже поздно. Однако никто не обещал услуг цирюльника… Если бы Камила не знала, кто перед ней, она бы сначала задала тысячу и один вопрос, прежде чем упражняться с ножницами и тратить мамину краску на такую глупость.