Книга По краю земли, страница 91 – Катерина Ромм

Меркурусу не было и четырёх, когда отец запил. С каждым годом он становился всё более неуправляемым: дебоширил, гулял, редко видел семью – впрочем, лучше бы он к ним вовсе не возвращался. Когда отец оказывался дома «не в настроении», всем доставалось сполна. Эмме, сестра Эргарда, пыталась запретить мужу пить, защищала сына, грозилась уйти, наконец, – но ничего не помогало. Во время одной особенно жуткой ссоры Меркурус сбежал и сидел на улице, пока семья Камилы не забрала его к себе. А наутро он не нашёл маму дома.

Бесчувственное, изуродованное тело Эмме в тот день выловили из глубоких вод моря Ласточки. Наверное, её спас сам Ангел: она не погибла, но, как оказалось, потеряла ребёнка. У Меркуруса мог бы быть брат. Или сестра. Или мать. Но у него не осталось никого.

Повреждения Эмме оказались настолько серьёзны, что она больше не могла заботиться ни о семье, ни о самой себе, поэтому Эргард увёз её в Ельну. Он хотел забрать и Меркуруса, но набрежский суд не позволил. Вина отца не была доказана – его даже в тюрьму не отправили! – а по флорийским законам при расставании мужа и жены сын должен был оставаться с отцом.

История подошла к концу, и Марк вернулся за стол. Он был безумно бледен, почти как Айлек, и лишь янтарные глаза пылали такой яростью, что Венда испугалась. Она подумала, что он, вероятно, так и не простил суду то решение. И соседям, которые отлично знали всё, что происходило у них дома. А может быть, даже матери – за то, что не сбежала с ним раньше, пока могла.

— Мне жаль, – прошептала Венда, пытаясь поймать его взгляд.

— «Добро и справедливость», да? – выплюнул Марк, должно быть, припоминая лозунг над входом в здание суда. И бросил мрачный взгляд на дядю.

— Ты жалеешь, что я всё рассказал? – спросил тот. – Думаешь, это делает тебя уязвимым?

Марк не ответил.

— Это делает тебя сильнее, Меркурус, – покачал головой Эргард. – Это делает вас сильнее. Не стоит скрывать такую боль от своих друзей. Жизнь – сложная штука. Никто из нас не справится с ней в одиночку.

Марк промолчал и не стал уточнять, что Венда, Фелтон и Айлек вовсе ему не друзья. Он хмурил брови, и Венда могла предположить, о чём он думает. В этой истории было двойное дно, о котором Эргард пока не догадывался.

Отец Меркуруса совершил преступление и остался безнаказанным. Спустя столько лет Марк ему отомстил… Но то, как он отомстил, невозможно было забыть и невозможно исправить.

По сравнению с общиной травников в Ельне было холодно. Начался ноябрь, и Айлек с Вендой подобрали себе зимнюю одежду из запасов Эргарда. Для Фелтона удалось раздобыть вещи поменьше в лавке при соборе. В тяжёлых тёплых сапогах, плотном сюртуке и шапке Айлек чувствовал себя неповоротливым растяпой – ему понадобилось несколько дней, чтобы привыкнуть. Но он понимал, что без такой одежды на севере долго не протянешь. Им ещё повезло, что дядя Меркуруса раздобрился: и вещами поделился, и предложил им разместиться в тёплой комнате под крышей. Флорийцу казалось само собой разумеющимся, что друзья племянника и потеряшки поживут некоторое время в его доме. Однако Венда отказалась – и настояла, что они останутся, только если Эргард позволит ей оплатить проживание. Он назвал ей символическую сумму: Айлек уже знал, что за такие деньги можно позволить себе лишь пару раз плотно поужинать. Венда зажмурилась, кивнула и не стала предлагать больше.