Книга Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки, страница 175 – Александра Ермакова

— Нехорошо получается… — бормочет за спиной.

Как иду — не помню. Двигаюсь точно в прострации, руки судорожно подрагивают. Сердце выдает такой лихой ритм, что от гулкого эха в голове, не слышу посторонних звуков. Останавливаюсь перед комнатой-кабинетом. Тянусь к ручке, но ни сил, ни желания попасть внутрь нет. Рыбаков чуть отстраняет.

— Как я испугался, — шепчет трепещущим голосом.

— Вы же не думали, что Зепар останется дома или в машине? — не знаю почему, ожесточаюсь. — К тому же Андрей — мой охранник. Пытается уберечь, от всяких неожиданных неожиданностей… — не удерживаюсь и ерничаю: — Как, например, воскрешение мужа, или, возможно, нападение маньяка.

— Вит, деточка, — совсем понижает голос Рыбаков и метает взгляд на дверь в кабинет. — Сам в шоке. Знать не знал и чуть инфаркт не случился, когда Вадим ночью появился на пороге… — задыхается, краснеет. Ослабляет серебристый галстук в тонкую бардовую полоску, теребит ворот пурпурной сорочки. — Пошли, сама все узнаешь.

Не давая прийти в себя, распахивает дверь. Не вижу ничего кроме мужчины в темно-синем джемпере, стоящего к окну лицом и прячущего руки в карманах джинсов. А еще… зеленоватой ауре. Контуры расплываются, коридор до силуэта удлиняется и, когда Вадим оборачивается, кадр пропадает. Резко появляется, и вновь пропадает…

* * *

— Любимая, — из темноты вытягивает нежный шепот мужа. — Любимая, очнись… — взывает с чувством.

Морщусь, еле разлепляю глаза, и только взгляд фокусируется на взволнованном лице Вадима, силюсь вырваться из его объятий.

— Тихо, тихо, — успокаивает осторожно муж. — Это я.

Усмиряюсь в его руках, неверующе касаюсь щеки, глаз, носа… губ. Слезы прожигают дорожки, говорить не могу. Вадим коротко, сухо целует.

— Вот и хорошо. У нас времени мало, родная. Твой, — серьезнеет муж, с явным недовольством подбирая слово, — телохранитель ждет.

Стыдливо прячу глаза. Вадим помогает сесть на кушетку удобнее. Берет мою ладонь в свою. Бережно поглаживает.

— Придется информацию на тебя вывалить быстро. Так что, слушай внимательно. Мне пришлось сымитировать автокатастрофу, чтобы спокойно вести расследование.

— Расследование? — глупо хлопаю ресницами.

— Искал маньяка, — поясняет терпеливо муж. — И не зря. Сейчас покажу все, что собрал за это время. — Спешно встает и в два шага оказывается возле стола Антона Николаевича. Рыбаков сидит в кресле, напротив, с придурковатым видом. Не то улыбаясь, не то скалясь, но отстраненно, будто в другом мире.

— А как же Сергей? — призрачная надежда бьется гулкими ударами сердца. К тому же брошенная фраза, не дает полных деталей происшествия. Черт! Я с ходу не понимаю всех тонкостей замысла Вадима. Может, водитель тоже не погиб. Тайно снимает крохотную квартирку, мало появляется на людях… Но главное, живет!

— Хорошая моя, — Ивакин оборачивается со скорбным видом. — Дело в том, что Сергей был наводчиком. Есть документы, доказывающие, что он работал на… одну организацию. Я поймал его с поличным. Сергей звонил нанимателю и говорил, где мы. Я обвинил его, между нами завязалась драка. Мне чудом удалось отбиться, но… — Вадим осекается, досадливо качает головой, — к сожалению, я его смертельно ранил. Вот тогда, наспех придумал план, как избавиться от умирающего, пропасть на время самому и из тени вести расследование. Самое сложное было сделать своему двойнику зубы, как у меня. Труп найти — не проблема. Морги завалены…