Книга Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки, страница 249 – Александра Ермакова

Хлопаю глазами, пытаюсь прогнать помутнение, так и норовящее затмить сознание. Оксана уже рядом — подавляет мощью и все уроки, которые Андрей давал с такой агрессией, не спасают. To самое пресловутое исключение, недавно вызвавшее усмешку: «Если только противник не суперзлодей, демон или прочая сверхсила». Представляю, как же он тогда про себя улыбался: «Безмозглая, наивная дура еще и смеется?!. Вот будет потеха, когда узнает правду! Воистину: хорошо смеется тот, кто смеется последним!»

Ноги не держат — от безысходности съезжаю на пол. Судорожный вздох застревает во рту. Кинжал у горла пугает не так, как безумная холодность Андрея, следящего за дракой. Циничная надменность, непробиваемая бесчувственность прислужника сатаны — верного воина, готового любой ценой достичь желаемого. Неужели он все время притворялся! Не любил?!. Играл… Подгадывал момент.

— Хорошая игрушка! — смакует слова демонесса, резко убирает кинжал от моего горла и выпрямляется, рассматривая оружие с довольным лицом: — Но этого маловато. Нужна скрижаль.

— Ее нет…

— Уверена?

— Да, — отвечаю нехотя.

— А если я найду веский аргумент для ее нахождения?

— Какой?

— Как насчет жизней тех, кто тебе дорог? — звучит зловеще-буднично.

Внутренне сжимаюсь, но упорно молчу. Лучкова с важным видом отступает:

— Буду забирать по одной, пока не вспомнишь? Неторопливо приближается к Вадиму — рывком поднимает за шею и с силой вколачивает в стену:

— Вот, например, Ивакин, — мурлычет Оксана, явно наслаждаясь властью. — Такой милый, любезный, симпатичный ублюдок, столько лет, пудривший тебе мозги. Нет, меня не волнует предательство тебя, дурехи. У меня к нему личные счеты. Подвел, обмануть хотел. Я такое не прощаю, к тому же, — многозначительно подмигивает демонесса, — время: тик-так, тик-так, — медленно покачивает головой в такт, — его время закончилось. Хозяин ждет душу. Но я готова чуть отсрочить это мероприятие, только скажи, — бросает злобный взгляд на меня: — где скрижаль?

Внутренне мечусь, смотрю то на побелевшего мужа, то на воинствующую красотку.

— О! — вскидывает изумленно брови Лучкова. — Даже так? Прости, милый, — лживо сожалеет, вновь глядя на Ивакина: — Строгая, обиженная жена не дала добро на отсрочку. Как там у тебя было в договоре указано? — театрально распахивает сапфировые глаза Оксана. — Множественные переломы костей, а главное, сломан позвоночник? — Вадим силится что-то сказать, но вместо слов из окровавленного рта лишь булькают алые пузыри. Демонесса пренебрежительно хлопает Ивакина по щеке, с брезгливостью вытирает об его джемпер испачканную ладонь и, морщась, отрезает: — До встречи в Аду, падаль, — невероятно просто подкидывает. Вадим подлетает точно бумажный самолетик, вот только с реактивной скоростью. С жутким хрустом головой врезается в потолок, она сворачивается набок и муж, бесформенной грудой обрушивается на пол. В секунду из тела выплывает зеленоватая аура.

Рвота стремительно подкатывает к горлу, еле успеваю прикрыть ладонью рот. Кривлюсь, перед глазами тошнотворная картина. Испуганно трясусь, сердце пропускает удары. Лучкова с важным видом немного отгибает рукав своей куртки. На запястье поблескивают завораживающие раритетные часы из серебристого металла. Распахивает створку-зеркало, наводит на труп. Душа покачивается с минуту и быстро втекает в ловушку.