Книга Бывает и хуже? Том 4, страница 103 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Сотрясение мозга, черепно-мозговая травма закрытого типа. Я осторожно коснулся её плеча и принялся вливать в неё прану. Так, сейчас проверим праной, какой конкретно диагноз.

Ушиб мозга лёгкой степени. Отёка нет, кровоизлияния нет. Отлично, можно сказать, пронесло.

Я вливал прану, чтобы облегчить состояние, снять головокружение. Заодно немного снять и тот стресс, который она пережила. Не вылечил, но помог значительно.

Взгляд у женщины стал после этого яснее.

— Голова кружится, — пожаловалась она.

— Это пройдёт, — ответил я. — У вас просто сотрясение. Скорая сейчас приедет и отвезёт вас в больницу.

Мимо нас проехали две машины, но никто не остановился. Видимо, решили, что здесь всё под контролем.

Ко мне подошла Савчук с аптечкой. Автомобильная аптечка — довольно странный предмет. Всё, что там было — множество бинтов и пластырей разных размеров. И всё, собственно.

Я аккуратно наложил женщине повязку на голову. Праной больше не воздействовал, впереди ещё двое пострадавших.

Обернулся к её мужу.

— Сидите рядом с ней, — сказал я. — Не давайте ей спать. Говорите с ней. Всё время. Если потеряет сознание, то снова зовите меня.

Мужчина кивнул. Я отправился ко второй машине.

За рулём сидел мужчина без сознания. Лоб у него был рассечён, текла кровь. Так, пристёгнутый, уже хорошо. Иначе повреждения могли быть куда хуже.

Пульс есть, слабый. Дыхание тоже есть. Его я сразу начал проверять праной. Так, тоже ушиб головы. Сотрясение мозга, тяжелее, чем у женщины. Начинается отёк мозга.

Шея целая, позвоночник не повреждён. Одно треснувшее ребро, не критично.

Здесь я тоже сразу начал воздействовать праной. Вокруг нет других врачей, кроме Савчук, но она слишком напугана, чтобы определить, что я делаю. Так что не боялся разоблачения.

Праны я влил в него побольше, чем в женщину. Остановил отёк, это самое главное. Ускорил восстановление.

В сознание мужчина не пришёл, но это и не было моей задачей.

— Наложи ему повязку на голову, — распорядился я Савчук. Та кивнула, подбежала к нему с бинтом. А я подошёл к мальчику.

Он весь трясся от страха.

— Привет, — мягко сказал я. — Меня зовут Саша. Я врач. Как тебя зовут?

Мальчик всхлипнул. Посмотрел на меня красными глазами.

— Д-Дима, — прошептал он.

— Дима, хорошо, — кивнул я. — Дима, ты молодец. Всё будет хорошо. Скажи, у тебя что-то болит?

Мальчик покачал головой.

— Н-нет, — прошептал он. — Но папа… Папа не просыпался…

Я аккуратно положил руку ему на плечо и отдал ему почти все оставшиеся запасы праны. Оставил себе совсем немного, чтобы не было перерасхода. Максимально снял ему стресс. Иначе у него останется травма на всю жизнь.

— С папой всё будет хорошо, я тебе обещаю, — твёрдо сказал я. — Будь сильным, всё будет хорошо.

Он едва заметно кивнул, чуть успокоенный. Отлично.

Вдали послышались сирены, подъехала скорая и ГИБДД. К нам сразу подошёл инспектор.

— Что тут произошло? — спросил он.

— Честно говоря, не знаю, мы остановились помочь пострадавшим, — ответил я. — Вот спросите у того мужчины, он был за рулём чёрной машины, кажется.

— Я не справился с управлением, — признался мужчина. — Дорога скользкая, случайно вывернул на встречку. А там вот ехал белый кроссовер…

Пока мужчина рассказывал, что случилось, я подошёл к скорой помощи.