Книга Гений Медицины. Том 1, страница 76 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— В любом случае, сейчас я назначу лечение, пока лежите у нас — подправим ваши показатели. А потом нужно ждать месяц, — резюмировал я. — И наладить нормальное сбалансированное питание, рекомендации я дам.

— Хорошо, — серьёзно кивнула Кудрявцева.

Кажется, после этого разговора она ещё раз серьёзно обдумает необходимость в этой пластической операции. Но это уже её дело. Психиатр заключение дал, никаких отклонений не обнаружил.

А её странное поведение относительно меня объясняется довольно легко.

— Доктор, — окликнула она меня, когда я уже собрался уходить, — а вы правда считаете меня красивой?

— Правда, — улыбнулся я. — Но отношения с пациентками у нас запрещены. Поэтому останемся на уровне врача и пациента.

Хотя строгого запрета и нет, но я считаю, что так будет правильнее. Незачем пользоваться своим положением в личных целях. Хотя Соколов со мной не согласился бы.

Я отнёс историю болезни Зубову, подробно рассказав про всю ситуацию.

— Показаний оставаться в терапии у неё нет, но лежит она на платной основе, поэтому выписать её сразу мы не можем, — заявил Зубов. — Так что да, назначения все правильные, прокапаем и отпустим с миром. Пока Терентьев её слюной не закапал.

— Хорошо, — кивнул я. — Про Шуклина что-то известно?

— Кроме того, что он куриная жопка без единой извилины? — ухмыльнулся Зубов. — Положили в токсикологическое отделение, на неделю минимум. Хотя я бы на его месте не спешил возвращаться, я с ним этот случай ещё обсужу!

Неласковое его ждёт возвращение, я уже представляю. Но сам должен был думать, прежде чем вообще такое вытворять.

— Михаил Анатольевич, кто завтра дежурить будет? — сменил тему я. — Завтра же воскресенье, клиника работает только с дежурными.

— А вот тут уже сложно, — протянул наставник. — Шуклин очень хитрым способом избежал дежурства. Соколов с Горбуновым вряд ли сможет ещё раз накосячить. С вами вообще скучно. Остаются Тарасова и Болотов.

Хочется верить, что это будет не Тарасова. Всё-таки у нас с ней на завтра планы. Хотя если оставят её, просто вызовусь подежурить с ней. Работу свою я люблю, и практика никогда не бывает лишней. Тем более уверенности в себе ей по-прежнему не хватало.

Зубов окинул меня хитрым взглядом, и внезапно добавил:

— А давайте заключим пари?

Самое странное предложение, которое я вообще мог услышать от наставника. Да и сам он на себя не похож. Глаза загорелись азартом, расплылся в улыбке.

— Пари? — уточнил я. — Какое?

— Ну как же, один поставит на Болотова, другой — на Тарасову, — объяснил Зубов. — Кто в итоге налажает сильнее из них — тот и проиграл.

— А зачем вам это пари? — спросил я.

— Да скучно мне, — вздохнул Зубов. — Шуклин сейчас в токсикологии, и вообще все радости жизни ушли. А так хоть развлечёмся. Соглашайтесь, Боткин!

Интересные, конечно, способы развлечения у моего наставника.

— Тогда я за Тарасову, — заявил я. — А на что спорим?

— На желание, — хитро прищурился Зубов. — Оставили мне Болотова, значит. Интересно. По уровню знаний он точно лидирует. Хотя это чаще ему во вред, а не в пользу. Принимается.

Мы пожали руки, и в ординаторскую как раз вошли Тарасова и Болотов.

— Докладывайте по очереди, — распорядился наставник, усаживаясь на диван.

Я подошёл и присел рядом с ним. Надо проконтролировать истории болезни, чтобы всё было честно и без обмана.