Книга Гений Медицины. Том 2, страница 37 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Простите, — кивнул Болотов.

И опять — никакого заикания!

— Женя, а что случилось? — с интересом спросил я.

— В каком смысле? — поправил он очки. — Ничего не случилось, я просто был занят.

— Точно! — щёлкнул пальцами наставник. — То-то мне кажется, что что-то не так. Птенец, а где ваше з-заикание?

Он специально решил сам заикнуться для полноты картины.

— Я сразу и не заметила, — распахнула глаза Лена. — Женя, как это возможно?

Болотов начал стремительно бледнеть. Пока он думал, что ответить, я ради интереса проверил его кардиологическим аспектом. Пульс учащённый, давление нормальное. Нервничает, очень сильно нервничает.

— К-когда я з-заранее г-готовлю фразу, я и-иногда н-не з-заикаюсь, — заикаясь гораздо больше, чем обычно, заявил Евгений.

Такое ощущение, что заикался сейчас он компенсаторно. Я давно уже обращал внимание, что его заикание не похоже по симптомам на классические примеры, но не было времени подумать об этом более основательно. А сейчас я был уверен — он симулирует. Только зачем?

— Ты был заранее готов к моему вопросу «что случилось»? — приподняв бровь, уточнил я. — Но утром никогда не бываешь готов к пожеланию доброго утра.

— З-заикание — это с-сложное з-заболевание, — ответил Болотов. — Я х-ходил и к неврологам, и к л-логопедам, но вылечить м-меня не смогли.

— Поломанный птенец, — проговорил Зубов. — Ну, в медицине всякое бывает. Самое главное, что вас никто не обидит, кроме меня. Порхайте работать!

Зубову и в голову не могло прийти, что заикание можно симулировать. Поэтому он вполне поверил подобному объяснению. Но не я.

— А как же праздник⁈ — ввалился в ординаторскую Терентьев. — Красотка Лена и её четыре гнома остаются здесь! Надо закатить пир!

Болотов еле заметно выдохнул, явно радуясь, что внимание от него отвлечено. Но я продолжал следить за ним.

Лена привычно залилась краской, а Зубов призадумался.

— Ты кого это четвёртым гномом назвал, утка ты дырявая! — выпалил он.

А, вот он о чём задумался. Я-то уже даже внимания на слова гинеколога не обращаю.

— Ну не злись, пойдём, хоть праздничный чай выпьем, — подмигнул ему Терентьев. — Пока твои тут работают. А то перенервничал с этой комиссией, сам не свой полдня ходил, чуть мне историей болезни по голове не настучал!

— Это никак не связано, я тебе просто так настучать хотел, — ответил Зубов, но всё-таки отправился вслед за Терентьевым. Дружба, она такая.

Болотов под шумок тоже убежал из ординаторской, и там осталась одна растерянная Лена.

— Значит, мы остаёмся? — на всякий случай переспросила она.

— Определённо, — кивнул я. — Или ты не рада?

— Рада, конечно, — улыбнулась она. — Просто всё так быстро произошло, я и понять ничего не успела. Может, тогда отметим сегодня где-нибудь?

Я был бы не против, но сегодня и так навалилось очень много дел. После работы у меня уже были планы, и откладывать их было нельзя.

— Сегодня не получится, — честно ответил я. — В другой день отпразднуем.

— Это из-за моего отца? — настороженно спросила девушка.

— Твой отец никогда не помешает мне с тобой видеться, — пожал я плечами. — Так что не забивай голову глупостями. Пойдём лучше работать.

Лена кивнула, успокоенная моими словами, и первая вышла из ординаторской. Я проверил Клочка, который продолжал мирно спать, и последовал за ней.