Книга Гений Медицины. Том 4, страница 109 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Я всё исправлю! — окончательно испугался он.

Смотрю, Кобылин здесь уже устанавливает свои порядки. Непонятно с какой целью меняет уклад работы отделений. И делает это явно в обход Николая Андреевича.

Сообщу ему в понедельник, так дела идти не могут. У врачей должна быть мотивация помогать друг другу, а не наоборот.

— Ещё кое-что, — я сделал вид, что ухожу, но резко развернулся в дверях.

— Что? — Денис Фёдорович уже места себе не находил.

— Во вторник наша клиника участвует во втором этапе конкурса, — заявил я. — И в этот раз актёр начнёт свой путь в задании с приёмного отделения. Вам дали какие-то особые распоряжения на этот случай?

Его глаза забегали туда-сюда. Врёт он плохо, я уже вижу, что распоряжения дали. Просто в этот раз он боится их сказать.

Тут мне придётся сыграть немного другую роль.

— Вы можете мне довериться, — я сделал пару шагов, и подошёл к нему ближе. — Тут я с вами на одной стороне.

— П-правда? — заикнулся он.

Я молча и спокойно кивнул. Хотя не ожидал, что такой идиотский план сработает.

— Он приказал нам изобразить максимальную загруженность отделения, чтобы актёра принял самый неопытный врач, — признался Денис Фёдорович. — Мы думали, это и будет Хромов, он как раз дежурит в день в тот день.

Кобылин уже успел подготовиться! А что, отличная идея, якобы со стороны показывает хорошую работу клиники. Мол приёмное отделение загружено, работают все. А на деле Хромов от волнения может и не справиться с пациентом — и мы провалим конкурсное задание уже на самом первом этапе.

— Понял, — кивнул я. — Что ж, надеюсь, мы друг друга услышали.

Денис Фёдорович совершенно некстати подмигнул мне в ответ. Он что, решил, что мы стали друзьями? Ох и вряд ли…

Но я использую эту информацию в свою пользу. Во вторник с утра я приду в приемное отделение, и заявлю, что Семён Михайлович передумал. И что принять пациента должен наоборот самый лучший врач.

Так как Денис Фёдорович считает, что я на их стороне в этом вопросе — он меня послушает.

Не то, чтобы я считаю Хромова плохим врачом — прост опыта и уверенности в себе ему ещё не хватает. А это основные показатели для выступления на втором этапе конкурса.

Таким образом я и Игорю помог, теперь его не будут загружать сложными случаями, и придумал первый план, как помешать планам Кобылина.

Хотя этого будет мало. Уверен, уж на этот этап он подготовится получше. Ему в принципе доставляют удовольствие страдания и плохие эмоции, так что ловушек должно быть много.

Я заглянул к Хромову, оповестил, что теперь проблем у него не будет. Он как раз отправил пациента в сосудистую хирургию.

Затем я вернулся в ординаторскую и занялся своей работой.

* * *

В офисе научного центра «Экспериментально» собралось экстренное совещание. Раскольников не хотел туда идти всем сердцем.

Но выбора у него не было, и он решительно зашёл в конференц-зал. Кроме него там уже был главный врач центра, Владимир Спиридонович, а также их непосредственный начальник и основатель проекта, Игорь Николаевич.

— Ну что, вы поговорили с Боткиным? — нетерпеливо спросил Игорь Николаевич, прямо с порога.

— Поговорил, — Эдуард Георгиевич прошёл к столу и сел за своё место. — Он отказался продавать нам свой метод.

— Чёрт, — начальник раздосадовано ударил кулаком по стеклянному столу. — Ты предложил всю сумму, или снова себе в карман половину решил убрать?