Книга Гений медицины. Том 7, страница 33 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— То есть мои документы лежат у меня в почтовом ящике? — уточнил я. — Прямо сейчас?

— Да, всё так, — радостно ответил Григорий Семёнович. — Я решил таким образом сгладить ту ситуацию со штрафами. Вы же помните, наша сотрудница не захотела решать проблему.

Хотел сделать как лучше, а получилось как всегда. М-да.

— О таком надо предупреждать, — я не был готов просто оставить эту ситуацию. — Вы понимаете, что оставлять документы в почтовом ящике довольно опасно? Да мало ли что с ними случиться, пока я доеду. Не говоря уже о том, что вы вообще меня не предупредили об этом.

— Я хотел как лучше, — сконфуженно повторил Григорий Семёнович. — И уверяю вас, что больше подобного не повторится.

— Понимаю, но ситуация и правда вышла неприятная, — ответил я. — Я мог сегодня вообще домой не планировать ехать, откуда вы знаете?

— Не знаю, но искренне надеюсь, что у вас есть возможность забрать документы. Я подумаю, как загладить вину перед вами и перезвоню. Прошу, до этого момента не оставляйте плохой отзыв о нашем учреждении.

Теперь все понятно, он печётся репутации центра. Похвально, хотя бы ищет способ как загладить вину. Хотя не представляю каким образом — больше мне никакие документы не нужны.

— Хорошо, — я все равно не собирался писать отзывы, а так может управляющий и правда придумает что-то стоящее. А то с этим центром документов одни проблемы.

Закончив с разговором, поехал домой. Документы, к счастью, все оказались в целости и сохранности. Вот и мой заграничный паспорт. Первый в жизни. И Шенгенская виза в нём.

Насколько я знал, Шенгенская виза давала разрешение на въезд не только в Германию, но и в другие страны Европы. Точный список был мне неизвестен, да и не собирался я там путешествовать.

Итак, далее — к Раскольникову. Я проконтролировал его работу, дал задания на время моего отъезда. Он отлично справлялся и сам, но контролировать всё-таки надо.

Последний пункт воскресного дня — Настя. Всё-таки меня четыре дня не будет, так что провести с ней время тоже надо было.

После этого я вернулся домой и выдал отдельные инструкции Клочку. Ему надо было кормить Фокса, он оставался дома за главного. Крыс переживал свой домашний арест с достоинством, и даже не капризничал. Я строго предупредил его, чтобы даже не думал сбегать из дома — узнаю всё равно.

Разобравшись со сбором вещей в поездку, лёг спать.

Утром встал пораньше, попрощался с Клочком и Фоксом, и отправился в аэропорт. Там меня уже ждала Каштанова, с внушительным чемоданом рядом с собой.

— Доброе утро, Константин Алексеевич, — бодро поздоровалась она. — Как вы? Готовы к нашему путешествию?

— Вполне, — кивнул я. — Но судя по всему, у нас с вами разные путешествия. Вы куда-то летите на месяц?

Екатерина Владимировна смущённо улыбнулась.

— Ну, я не была уверена, что взять с собой в поездку, — призналась она. — Решила захватить побольше разных нарядов. Мало ли что понадобится при переговорах.

Типично для женщин. Я же решил обойтись небольшой дорожной сумкой, которую можно было даже не сдавать в багаж, а забрать как ручную кладь.

Перехватил чемодан Каштановой, просто не мог позволить хрупкой женщине тянуть такую тяжесть, и мы отправились на стойку регистрации.

— Летите в свадебное путешествие? — с улыбкой поинтересовалась сотрудница.