Книга На эту и на ту набью тебе тату. Том 2, страница 45 – Игорь Алмазов

Двое переглянулись. Похоже, такой прямоты они не ждали. Едва заметно кивнули друг другу.

— Условия разумные, — сказал один из них. — Аристарх Павлович будет вас ждать. Вот адрес. Хорошего дня, Артём Сергеевич.

Он передал мне небольшую визитку с адресом, и они ушли.

Аристарх Павлович, значит. Коллекционер, как мне дали понять ещё в прошлый раз. Который почему-то сильно заинтересован моим моноклем.

Разумнее всего было бы отказаться. Но любопытство пересилило. При дворе я выжил тридцать лет именно потому, что не бегал от загадок, а шёл им навстречу, с открытыми глазами и холодной головой. К тому же монокль я возьму с собой. С ним меня врасплох не застанут.

Так что познакомлюсь с этим коллекционером.

* * *

В течение дня у меня было два клиента, которые я выполнил простые татуировки без начертания и свойства. К семи вечера вызвал такси, с трудом разобравшись, как это делать, и поехал по адресу. Монокль взял с собой.

Дом Аристарха оказался настоящей усадьбой. Огромный дом в три этажа, с колоннами у парадного входа, с широкой лестницей. Вокруг раскинулся парк, со старыми деревьями, подстриженными дорожками, и даже, кажется, прудом вдалеке. Дом Ларисы Петровны теперь казался очень скромным жилищем.

Меня словно отбросило на много лет назад. Так выглядели дома аристократов в моём прежнем мире. Только мелкие детали выдавали другой мир. Камеры наблюдения на столбах, фонари, машины и механизмы. Но сам дом…

Ворота бесшумно отворились. У парадного входа меня уже ждал человек в строгом чёрном костюме, видимо дворецкий.

— Артём Сергеевич, — с лёгким поклоном произнёс он. — Вас ждут. Прошу за мной.

Я вошёл следом. И в тот же миг почувствовал какое-то странное ощущение.

Монокль во внутреннем кармане резко потеплел.

Я замедлил шаг. Монокль лежал в кармане, но я ясно ощущал исходящее от него тепло.

Пока я шёл за дворецким, ненадолго надел монокль на себя.

«Обнаружен другой артефакт в непосредственной близости».

Быстро убрал монокль назад. Другой артефакт. Значит, мой монокль не единственный в этом мире? И другой артефакт здесь, совсем рядом, в этом самом доме.

Дворецкий тем временем провёл меня в гостиную.

— Прошу, — сказал он. — Аристарх Павлович сейчас выйдет.

Я зашёл и огляделся. Гостиная была обставлена роскошна, куда роскошнее чем у Ларисы Петровны. На стенах тоже висели картины, и в этот раз это были прекрасные работы.

Монокль у груди продолжал быть тёплым. Артефакт был близко.

И вот, в гостиную вошёл седой высокий человек с прямой спиной и острым, пронзительным взглядом. Он был одет в классический костюм, безупречно сидевший на нём.

Я смотрел на него и не мог поверить. Я бы узнал это взгляд из тысячи.

Это был Верещагин.

Этого просто не может быть.

В гостиную вошёл Верещагин. Лицо, осанка, этот взгляд, пробирающий насквозь, всё было его. Моего учителя из другого мира, другой жизни.

Должно быть, смотрел я на него даже слишком удивлённо, потому что он приподнял брови.

— Вы так смотрите на меня, молодой человек, будто увидели призрака, — произнёс он. Голос был ниже, чем у моего учителя. — Прошу, садитесь.

Я взял себя в руки. Нет, это не Верещагин. Похож, поразительно похож, но черты грубее, голос иной, и в движениях нет той порывистости, что была у моего наставника. Передо мной сидел совсем другой человек. Просто чужое лицо, которое ну очень сильно напоминало мне моего учителя.