Книга Архитектор Душ ХІ, страница 102 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Особенно птицы недолюбливали тех эльфов, которые нынче променяли леса на комфортную жизнь в каменных джунглях, сменив зеленые плащи на дорогие твидовые пиджаки.

Но с огромным трудом, путем проб, ошибок и длительных переговоров, Оринору все же удавалось найти подход к отдельным крылатым индивидам. Точно так же, как он находил подход к столичным беспризорникам, которые за пару монет были готовы пронести куда угодно анонимное письмо. Птицы работали по тому же принципу, только валюта была другой.

Именно поэтому сейчас пара воробьев и один весьма упитанный голубь сидели на широком подоконнике его квартиры. Последние двое суток они, сменяя друг друга, нахохлившись, пристально наблюдали за одним конкретным столичным имением и людьми, что сновали и суетились туда-сюда по его двору. Взамен на эту слежку Оринор предоставил им хорошую еду, теплый кров на чердаке своего дома и что-то еще такое, что эльф пообещал им так тихо, что никто больше этого не услышал.

— Чик-чик! Чик-чик-чик-чик! — громко кричал один из воробьев, нервно прыгая по каменному отливу подоконника.

— Груу-груу. Груу-груу, — солидно и басовито добавлял голубь, топчась на месте и слегка раздувая зоб, словно подтверждая слова мелкого коллеги.

Оринор, стоявший у приоткрытой створки, задумчиво выдохнул струю сизого сигаретного дыма прямо в открытое окно.

Пернатые тут же нахохлились, возмущенно зафыркали клювами и затрясли головами, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень отвращения к этой человеческой привычке.

— Извините, — дежурно отозвался эльф, слегка помахав свободной рукой, чтобы разогнать дым. — Вечно забываю. Выходит, что они все же зашевелились. Чудесно. Когда он выезжает?

— Чик-чирик-чик! — выпалил воробей, дернув хвостом.

Оринор удивленно поднял тонкие брови.

— А раньше сказать нельзя было? — с легким возмущением в голосе спросил он, понимая, что сроки горят.

— ЧИКИКЧИКЧИК!!! — выдал воробей серию трескучих звуков, в которых любой, кто владел этим специфическим даром, без труда распознал бы отборную брань.

Эльф поморщился.

— Давай без фамильярностей, — тут же холодно среагировал Оринор, осаживая информатора. — И матушку мою не надо поминать, она святая женщина была. Сидите тут, никуда не улетайте. Скоро все принесу.

Эльф развернулся и ушел в глубину просторного дома, оставив окно открытым.

Честно говоря, больше всего на свете ему сейчас хотелось выйти во двор с хорошим охотничьим ружьем и всадить по этим наглым созданиям из картечи, чтобы от них остались только перья. Уж очень его раздражала эта пернатая наглость. Но объясняться потом с московской полицией из-за стрельбы в центре города было очень лень и совершенно не с руки. Лишнее внимание ему, как связному радикальной ячейки, было отнюдь не нужно. Приходилось терпеть.

Добравшись до дальней комнаты, которая служила ему кабинетом, эльф подошел к рабочему столу, где находился компьютер и куча различных бухгалтерских отчетов. Оринор выдвинул нижний ящик стола и вытащил оттуда один из многочисленных дешевых пластиковых телефонов-ракушек.

Он запустил аппарат, дождался, пока экран загорится и, быстро перебирая большими пальцами по пластиковым кнопкам при помощи Т9, набрал короткое текстовое сообщение.

«он выезжает. не убивать».

Оринор нажал кнопку отправки. Он постоял над столом около минуты, глядя на экран, пока система не выдала системное уведомление: «Сообщение доставлено».