Книга Архитектор Душ ХІ, страница 104 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Не страха ради, а собственной совести для, я потянулся к ней и вжикнул молнией.

Все было на месте.

Я выдохнул и на секунду даже сам себе хмыкнул, представив гипотетическую ситуацию.

Хотелось бы мне увидеть лицо какого-нибудь местного вокзального вора-щипача, который, приметив богатого пассажира в СВ, ночью тихонько вскрыл бы дверь. Представляю, как у него затряслись бы руки от жадности, когда он нащупал бы в сумке свернутые шуршащие бумажечки. Как он аккуратно вытянул бы один, спрятал за пазуху, выскользнул в тамбур и там, предвкушая куш всей своей жизни, разорвал бы пленку… только для того, чтобы обнаружить внутри нарезанную бумагу формата А4.

О как. А вот так. Вот и думайте, господа бандиты. Ну а как вы хотели? Все по чесноку, никакой фальши, просто резаная бумага. Я застегнул молнию обратно, закинув ремень сумки на плечо.

За окном мелькали серые бетонные заборы, какие-то промышленные склады и переплетения путей, забитые товарными вагонами. Смоленск встречал пасмурным утром.

Привычная поездная рутина не заняла много времени. Я быстро стянул с матраса простыни, которые к моему удивлению, были слегка влажными наощупь. Удивление возникло ровно потому, что сколько бы раз в поездах я не ездил и какого уровня не брал билет, а все одно и то же. Простыни неизменно влажноватые, что в этом мире, что в старом. И вот говорите, что матрицы или каких-то там связанных между вселенными не существует!

Свернув все это добро через руку в комок, я направился к проводнице, которая, не шибко желая скрывать зевоту, приняла его и кинула в общую кучу.

Встав в очередь, дождались пока состав остановится и дальше, гуськом-гуськом к выходу.

О, да! Свежий воздух! Ласкай мое лицо и легкие.

Хотя, чего я жалуюсь-то? Ни единого дембеля или всеми любимых копченых курочек с вареными яйцами за четыре часа обнаружено не было. Даже нюхом через сон.

Я спустился по металлическим ступеням на перрон. Поежившись от прохлады, я застегнул куртку повыше. Толпы на перроне не наблюдалось, а немногочисленные пассажиры, что ехали в моем вагоне, быстро растворились в серой хмари, спеша по своим делам.

Мне спешить было некуда. Инструкций о дальнейших действиях не поступало, а торчать на холодном ветру, изображая памятник ожиданию, в мои планы не входило.

Окинув взглядом привокзальную площадь, я заметил небольшое одноэтажное строение с выцветшей вывеской «Буфет». О! То, что нужно.

Я дернул дверь на себя. Дзинь. Внутри царила неповторимая атмосфера провинциального привокзального общепита. На полу лежал потертый линолеум, вдоль окон стояли высокие столики на одной ножке, а в воздухе витали ароматы пережаренного масла и смеси теста с луком и мясом.

Тут же огляделся на предмет кошек и собак в округе. Ни одного хвоста рядом. Та-а-ак. А вот это уже подозрительно.

Еще удивляло то, что, казалось бы, вокруг имперские времена, строй другой, а внешний вид многих вещей все тот же. Ну чесслово, ощущение что попал в привычный мне постсовок, только на стенах вместо плакатов президентов моего мира — висел известный мне Федор ІІв профиль.

Ну что, Ваше Императорское Величество, беляша не желаете?

За прилавком, возвышаясь над подносами с выпечкой, стояла дородная женщина неопределенного возраста в непозволительно для подобного заведения чистом переднике поверх теплой кофты.