Книга Архитектор душ XII. Последнее дело Громова, страница 29 – Сергей Карелин, Александр Вольт

При моем появлении разговоры стихли.

— Граф Громов, — спокойно произнес Федор II, подняв на меня взгляд. — Как все прошло? Дозвонились?

— Дозвонился, Ваше Величество, — ровно ответил я, проходя к столу и упираясь в него пальцами. Моя поза была далека от почтительной, но соблюдение протокола сейчас волновало меня меньше всего на свете. — И получил критически важную в нашем с вами положении информацию. Информацию, которая объясняет, почему дварфы забились в свои шахты, и что именно означает «вековая тоска» и одичание существ из эльфийской легенды.

Лицо Белозерова моментально напряглось.

— Говорите, Громов. Четко и по существу, — скомандовал он.

— Эта светящаяся пыль, которая сейчас сыплется с неба по всему миру, — я ткнул пальцем в экран трансляции, — Неопределенная форма нейротоксина, чьим поражающим фактором является контакт через дыхательные пути. Любое разумное существо, оказавшееся на открытом воздухе и надышавшееся этим, начнет терять рассудок. Инкубационный период или время воздействия мне точно не известны, но дварфийский протокол выживания предписывает немедленную герметизацию всех помещений сроком на десять дней.

В возникшей паузе никто не проронил ни слова. Шувалов побледнел, пальцы Игнатиуса замерли на четках. Даже Император на мгновение прикрыл глаза, осознавая масштабы озвученной катастрофы. Миллионы людей по всей Империи прямо сейчас находились на улицах. Возвращались с работы, гуляли в парках, стояли в пробках с открытыми окнами. И сирены гражданской обороны включили только недавно.

— Вы уверены в достоверности этого источника? — тихо спросил Федор II, хотя по нему было видно, что то, что он услышал, даже у него вызвало мгновенную изжогу, мигрень и желание уйти куда-нибудь подальше, чтобы не разбираться с проблемой.

И я его прекрасно понимал.

— Абсолютно. Дварфский фольклор передает алгоритмы выживания из поколения в поколение. И они прямо сейчас замуровываются под землей. И именно это было в их посланиях ко всему своему народу наверху: собирать лахи и чесать домой. Но я пришел не только для того, чтобы поделиться этим.

Я выпрямился, глядя Императору прямо в глаза.

— Ваше Величество. У меня в Феодосии остались два человека. Девушки. Алиса Бенуа и Лидия Морозова. Они не отвечают на звонки. Учитывая характер поражающего фактора, они могли находиться на террасе дома, когда все это началось.

— Граф, сейчас по всей стране обрываются линии связи, сети перегружены паническими звонками населения… — попытался вклиниться Шувалов, выступая в роли голоса холодного разума.

— Мне плевать на перегрузку линий, министр, — я оборвал его на полуслове, даже не повернув головы, продолжая смотреть на монарха. — Я обращаюсь к вам с личной просьбой, чтобы немедленно к моему дому в Феодосии был отправлен отряд сил специального назначения. Обязательное условие: все бойцы должны быть в замкнутых системах дыхания высшего класса, с фильтрами или баллонами. Противогазы обязательны. Ни сантиметра открытой кожи или вдоха уличного воздуха. Они должны зайти на территорию, проверить дом и найти девушек. Если девушки внутри и в порядке — перекрыть все окна и вентиляцию. Если они на улице или без сознания, то эвакуировать в герметичное помещение и оказать помощь.

— Граф Громов, — стальным тоном начал Белозеров, тяжело поднимаясь с кресла. — Вы забываетесь. Вы находитесь в присутствии Императора и требуете отвлечь элитные тактические ресурсы государства для решения ваших личных проблем, когда у нас рушится система управления и население подвергается угрозе массового сумасшествия!