Книга Первый инженер императора I, страница 77 – Александр Вольт

Получилось?

Получилось!!!

Я попал на поляну! Я выполнил домашнее задание, значит все выйдет! Значит у меня получится обуздать магию и использовать ее в будущем для развития своих творений и механизмов!

Но… но как?

Я смотрел на огромный каменный валун, что до сих пор висел в точке неустойчивого равновесия, будто насмехаясь над всеми законами физики. Я смотрел на него. Он смотрел на меня и, клянусь всеми известными и неизвестными формами жизни и сущностями, его руны мерцали мягким синеватым светом.

В прошлый раз эта глыба просто висела в воздухе, но сейчас она явно подавала мне знаки.

Аккуратно ступая, я двинулся навстречу к руне, что мирно парила посреди лесной поляны, окруженной кронами высоких деревьев. Шаг за шагом. Сердцебиение ускорилось, стуча с каждым метром все быстрее, заполняя ударами набатов уши.

Мир вокруг продолжал молчать. Здесь были только я и древняя руна. Чем ближе я становился — тем ярче и сильнее мерцали ее письмена. Сколько их там? Вижу одну, две, три… пять… не счесть. Слишком замысловатые повторения, слишком плотное наслоение «строчек» одну на другую.

Я подошел к валуну на расстоянии вытянутой руки. Энергия буквально пульсировала от него и теперь я мог полноценно почувствовать то, о чем говорил Скворцов. Ощущение магии. Ее присутствие. Словно плотный слой воды, в который нужно погрузиться.

Вытянув руку перед собой, я потянулся к глыбе. Энергия вокруг нее была густой, и я действительно ощутил сопротивление, будто сунул кисть во что-то напоминающее кисель.

Руна содрогнулась. Сначала я не поверил своим глазам и слегка отдернул руку. Но это было так. Огромный валун сдвинулся с места и стал медленно вращаться вокруг своей оси. Я наблюдал за ним несколько мгновений, не зная что делать, но острое желание прикоснуться к этому камню было сильнее.

Только сейчас я понял, что это было за давящее чувство под грудной клеткой. Необходимость. Воля. Она требовала. Это состояние крайней важности, когда я буквально «либо пан, либо пропал». Такого уровня концентрации, кажется, я не достигал никогда в жизни.

Я снова подал руку вперед, протискиваясь через плотный слой магического кокона, охранявшего камень. И чем ближе я подавал все предплечье к валуну — тем сильнее становилось сопротивление. Мягкое покалывание на кончиках пальцев, словно кусало морозом, медленно стало расползаться дальше по руке, но отступать я был не намерен.

Миллиметр. Еще один. Покалывание добралось уже до локтевого сустава. Я подавался всем телом вперед, чтобы дотянуться к сияющему камню, который медленно вращался, будто издеваясь надо мной. Он словно говорил: «ты не сможешь. У тебя нет сил прикоснуться ко мне».

Понятно, что это все было фантазией разбушевавшегося воображения, но… почему я не могу просто потрогать шершавую поверхность булыжника? Что меня отторгает?

Я подал руку еще сильнее, отчего холодное колющее чувство добралось до плеча и отдало в шею. Валун стал вращаться еще быстрее, словно вырабатывая больше энергии, дабы защититься от меня. Я сжал зубы до скрежета, потому что холодящее ощущение, уже тронувшее нижнюю челюсть, отчего онемел язык, пробиралось к скуле.

Оно двигается к голове. Двигается к мозгу. Страшная мысль возникла внутри черепной коробки и мне захотелось тут же отдернуть руку. Но тогда я проиграю. Я сконцентрировал все свое внимание, все усердие и волю, чтобы сделать последний рывок. Чтобы прикоснуться к чертовому камню и уже закрыть полноценно хотя бы одну задачу из сотен на моем пути.