Книга Первый инженер императора I, страница 78 – Александр Вольт

Между пальцем и вращающейся бездушной глыбой было не более миллиметра, а холод коснулся моего правого глаза, отчего мгновенное потекли слезы, и я осекся.

За спиной отчетливо раздался треск сломавшейся ветки.

16

Мир развоплотился во мгновение ока, смазался. Я ощутил, как меня стало кренить затылком назад. Распахнув глаза, я взмахнул руками, чтобы удержать равновесие и не свалиться с камня, на котором сидел у реки. Ни поляны. Ни руны. Лишь плещущаяся река и редкий лес за спиной, к которому я тут же повернулся.

На окраине у тропы, по которой я пришел, стоял мужчина. Его внешний вид был мне знаком, потому что буквально утром я общался с ним в корчме. Вот только лицо у него было сейчас уставшее и измученное, словно за короткий промежуток времени ему пришлось пережить нечто ужасное. Словно те часы, что мы провели порознь — были наполнены беспросветным запоем и поисками дна у бутылки.

— Ты оставляешь за собой много следов, барон, — сказал он спокойно, хотя голос слегка дрожал, будто бы отдавал себе отчет, что сбил меня с какого-то важного процесса. И это было правдой.

Сердце все еще билось с сумасшедшей скоростью, а мышцы по правой руке от кончиков пальцев вплоть до правого уха тянули и ныли неприятной покалывающей болью, словно меня искусали сотня муравьев.

— Мне не от кого скрываться, — ответил я ему, сползая с камня.

Ощущение злости переполняло меня. На себя, что не смог завершить все сразу и на невовремя явившегося хламника, хотя его вина лишь в том и только в том, что он совершенно случайно прервал нечто важное. Приди он на пять минут позже — я бы скорее всего прикоснулся к злосчастному камню.

Или бы меня нашли мертвым. Да. Вполне могли. Эта мысль имела право на существование, потому что как иначе объяснить этот леденящий мороз, захвативший руку и тянущийся, как некроз, выше.

Я невольно повел рукой, сжимая правую руку в кулак и разминая пальцы. Все было в порядке, кроме этого чувства. Словно онемение. Когда отлежишь руку и потом кровь начинает циркулировать все так ноет и щиплет внутри.

— Чем могу помочь? — спросил я у хламника.

Он виновато переступил с ноги на ногу, хотя во взгляде я видел его мечущиеся мысли. Он не верил самому себе. Продолжал сомневаться в решении.

— Ты… вы… вы сказали, что, возможно, моих людей можно спасти.

— Я не знаю, — ответил я прямо, не отводя взгляда. — Я сказал «что, если». Нет ни единой гарантии, что они все еще живы.

— Да, — твердо ответил Иван. — Но, что, если… вы… вы могли бы мне помочь?

— Нет, — сказал я сухо. — Мне нечем вам оказать хоть какую-то подмогу.

У него дрогнули желваки, словно он сжимал челюсть до того, что скрипнул зубами.

— Жаль, — сказал он и начал было разворачиваться, чтобы уйти в чащу.

— Но мы могли бы поработать сообща, — продолжил я свою мысль.

Луна показалась из-за горизонта, освещая пространство. Я смотрел на дорожный плащ хламника, покрытый пылью и только сейчас заметил, что на нем был изображен точно такой же тонкий серебристый серп небесного светила, но покрытый толстым слоем грязи.

Я вздохнул, сбрасывая остатки раздражения.

— Вы пришли в мой дом издалека, — сказал я, неспешно двигаясь в его сторону. — Могу вам предложить остаться у меня на ужин и заодно обсудить то, что хотели.

Он не ответил, лишь молча дождался, пока я поравняюсь с ним плечом к плечу и только затем стал идти. Правда спустя полметра пришлось двигаться друг за другом, поскольку тропинка банально не позволяла идти двум людям рядом.