Книга Первый инженер императора IV, страница 42 – Александр Вольт

— Производство объекта «меч полуторный, бастард» завершено, — тут же отозвался металлический голос. — Объект готов к выдаче. Но, если вам интересно мое субъективное мнение…

— Не интересно, — перебил я его.

— … данная модель требует доработки. Баланс неидеален, — все же договорил он. Я вздохнул.

Скворцов стоял, морща лоб. Ему тоже было, видимо, впервой, видеть говорящую коробку. Штош… что не говори, а даже я очень удивился бы такой штуке, живи я, скажем, в шестнадцатом веке. И, как минимум, пожаловался бы в святую инквизицию.

— Это оно и есть? — спросил маг. — Бес в коробке?

Я не удержался и хохотнул.

— Нет, мэтр. Во-первых, это не бес, а Искусственный Интеллект. ИскИн, проще говоря. Я расскажу вам о нем позже. Но сейчас, смотрите, чего мы добились!

Снова тихий щелчок, и из правого отсека медленно, почти торжественно, выехала конвейерная лента. А на ней… на ней лежал ОН. Меч.

Идеально прямой, обоюдоострый клинок из темной, матовой стали тускло поблескивал на свету. Длинная рукоять, обтянутая черной кожей, заканчивалась простым, но элегантным навершием в виде стального шара. Гарда была широкой, крестообразной, без лишних украшений. Ничего лишнего. Лишь совершенная, смертоносная функциональность.

Толпа ахнула. Даже Михалыч, протиснувшийся вперед, замер, глядя на меч с открытым ртом. Я видел, как в его глазах, глазах старого мастера, отражается восхищения.

Я протянул руку и взял меч. Он лег в ладонь, как влитой. Идеальный баланс, идеальный вес. Ни о каком перевесе в районе «конца» я не чувствовал и в помине.

Я сделал несколько пробных взмахов. Клинок со свистом рассекал воздух, пел свою смертоносную песню. Это было не просто оружие. Это было произведение искусства. Инженерного искусства.

— Прелестно, — кивнул Скворцов. Очень прелестно. Но, позволь спросить, барон, смею предположить, что ты пригласил меня не для того, чтобы показать печатный станок, верно?

— Абсолютно.

Я аккуратно передал клинок Ивану.

— Попробуйте его в действии и скажите свои ощущения. Я пока хочу обсудить кое-что с мэтром Скворцовым.

Народ стал разбредаться.

Я закрыл все отсеки в принтере, после чего подошел к его задней крышке и уже наученный опытом, открыл ее, после чего нащупал на передней части клавишу питания и выключил принтер от греха подальше. Вдруг коротнет еще. После этого сунул руки внутрь и вытянул Руническое Ядро.

Принтер утих окончательно, перестав вибрировать.

— О… — только и произнес Скворцов. В отряжении его глаз я увидел не только Ядро, но и то, как радужки мага вспыхнули на мгновение голубоватым светом.

— Ага, — ответил я.

— Позволишь? — поинтересовался маг.

— А для чего, как вы думаете, я вас позвал?

Я протянул мэтру Скворцову Руническое Ядро. Оно, мягко левитируя, планируя по воздуху, послушно перешло из рук в руки.

* * *

Далеко на востоке, там, где плодородные земли Новгорода и Руссы уступали место бескрайним, продуваемым всеми ветрами степям, цивилизация имела совершенно иное лицо. Вернее, она имела множество лиц, и большинство из них были немытыми, заросшими бородами и выражали крайнюю степень недовольства окружающим миром.

Здесь, в хаотичном нагромождении шатров, юрт, наспех сколоченных хибар и просто дыр в земле, прикрытых куском шкуры, обитали те, кого в городах презрительно именовали «дикарями». Разрозненные племена, банды, остатки разбитых армий, беглые каторжники и просто люди, которым настолько не повезло в жизни, что они решили, будто терять им уже нечего.