Книга Лесной дозор, страница 4 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Я тяжело сглотнул, чувствуя, как влага расходится по телу, и попытался разглядеть своего спасителя. Картинка перед глазами все еще оставалась смазанной, и я видел лишь расплывчатый силуэт узких плеч и склоненной головы с длинными золотистыми волосами в свете то ли огня, то ли ламп, не в силах различить ни черт лица, ни возраста.

— Не знаю, кто ты, — просипел я, обессиленно откидываясь обратно на подушку и чувствуя, как на меня снова накатывает непреодолимая волна сна, — но… спасибо.

В ответ я услышал лишь легкий смешок, будто человека напротив позабавило то, что я сказал. И если он что-то и ответил, то я ничего не слышал.

* * *

Постепенно тьма переставала быть безмолвной, начав постепенно наполняться звуками, словно кто-то медленно выкручивал ручку громкости на старом радиоприемнике.

Сначала это был лишь едва различимый гул, похожий на шум крови в ушах, но вскоре сквозь плотную завесу стал пробиваться строгий женский голос, который, казалось, я уже слышал раньше в моменты своих кратких пробуждений. Только сейчас он говорил явно не на русском языке, хотя к моему удивлению я понимал каждое слово.

Я не мог открыть глаза, веки налились свинцом, но слух работал на удивление четко, выхватывая слова, которые совершенно не вязались с привычным егерским бытом в глухой тайге.

— Центр, это наблюдательный пункт, докладываю обстановку по своему сектору, — звучал голос ровно и официально. — Периметр стабилен, сейсмические датчики вдоль кромки расщелины отмечают нормальный фон, подземная активность тварей на нулевых отметках. Ловушки на третьем и пятом квадратах проверены и переведены в режим ожидания, автоматические турели на восточном склоне запитаны от резервных генераторов, заряд батарей девяносто процентов. Визуальных контактов с патрулями со стороны егерей Российской Империи не зафиксировано, предписания о неконтакте соблюдаются в штатном режиме, конец связи.

Раздался короткий писк отключившегося передатчика, а я, все еще находясь где-то на грани сна и реальности, попытался осмыслить услышанное…

Какие еще датчики, какие турели и подземные твари? У нас в лесничестве из техники был только старый УАЗик да рация, которая ловила через раз, если забраться на сосну повыше, а здесь речь шла о каких-то сложных системах, да еще и этот странный пассаж про Российскую Империю, который прозвучал так обыденно, словно на дворе был вовсе не двадцать первый век.

Но, увы и ах, обдумать это я не успел, потому что даже не заметил, как снова перестал мыслить, а значит и существовать.

В следующий раз я вынырнул из небытия под звуки перебора гитарных струн и пения. Женский голос, чистый, немного грудной и невероятно красивый, выводил слова на незнакомом языке, который я почему-то понимал. И самым странным было то, что голос этот звучал совсем рядом, сопровождаясь шорохом шагов и плеском воды.

Я лежал, вслушиваясь в пение, чувствуя, как оно успокаивает пульсирующую боль в теле, но сил открыть глаза все еще не было. Я лишь позволил себе наслаждаться этим моментом покоя, прежде чем снова провалиться в сон.

А потом случилось то, что заставило меня усомниться в собственном рассудке.

Я пришел в себя от того, что на меня повеяло прохладой. Приложив все силы, сумел приоткрыть глаза, сквозь мутную пелену глядя перед собой.