Книга Демонолога вызывали? Том 1, страница 94 – Александр Вольт, Ричард Рубин

Нормальные люди обычно говорят «семь раз отмерь», но только не старина Джеймисон. Он на любой повод мог сгенерировать абсолютно гениальную цитату.

Я усмехнулся своим воспоминаниям и чуть было не запорол гримуар. Огромная капля чернил почти что сорвалась с кончика пера, но я резким движением кисти сбросил ее в сторону на пол в кучу пыли.

Отдохнули и хватит. Надо продолжать дальше.

Я дважды окунул перо в чернильницу, постучал по краю и занес левую руку над листом.

С мысли меня сбил странный отдаленный скрип, словно кто-то вращал рычаг и заводил мотор. Металл отчаянно сопротивлялся и не хотел работать, но чье-то усердие было выше.

Наконец скрежет стих. Я собрался с мыслями. Почти. Тонкий женский голосок стал тошнотворно подвывать, выводя какую-то песню. Отдаленно знакомую, но от того не менее сбивающей с толку.

Я встал из-за старого стола с покрученными от времени ножками и направился к выходу.

Пение — это, конечно, хорошо, но не в два часа ночи. И не в тот момент, когда одно неловкое движение будет стоить мне трудов многих часов жизни.

— XX —

Чем ближе я подходил к подвалу, тем ближе становилось и заунывное пение. Вкупе с весьма живописной атмосферой поместья оно навевало не самые приятные ощущения.

Обитатели той стороны стараются держаться друг к другу поближе, поэтому если где-то нашлось место одной твари, туда подтянутся и другие. Сейчас я не чувствовал на территории никакой угрозы. Но я не Альф, у которого была способность чувствовать энергию других существ просто нутром. И его самого рядом не было, а темных углов здесь полным-полно и в них кто-то да могли притаиться. Врагов-то нажить уже успел. Вероятность маленькая, но все же не нулевая.

Правда, это предположение разбивалось об один факт — пока еще мне не встречались твари, которые подманивали бы свою жертву пением. Особенно таким унылым. Этим занимаются мелкие духи вроде сирен или русалок. Крупные на подобную ерунду не размениваются — хватают и жрут целиком вместе с костями.

Но проверить все равно необходимо. Моя обязанность как хозяина дома.

Я преодолел пару последних ступенек и осмотрелся. В подвале горел свет, но не тот, что прежде — три бледно-голубоватые свечи. Хладное пламя. Питается от сил поджигателя, поэтому не вредит бесам. Я покачал головой. Альф балуется, что ли? Очень глупо так расходовать собственные ресурсы. Унылый голос стал громче, наконец за ним я расслышал и сопровождение — тонкий плач флейт, несколько скрипок…

Я усмехнулся. Похоже, магию можно исключить — призрачный бродячий оркестр не забрел бы к нам на огонек при всем желании. Так и оказалось. Пение лилось из небольшого аппарата, похожего на наши современные проигрыватели, только гораздо старше.

Он был обшит деревянными панелями с боков, а звук вместо колонок шел из изогнутой трубки, расширявшейся кверху. На шпинделе крутился черный блестящий диск. «СЛАВА МАРИИ» — гласили буквы на красном яблоке. Автором был некий Хуберт. Я хмыкнул. Понятия не имею, что это за Мария и чем она знаменита, но гимны у нее настолько тоскливые, что хочется прибить себя ржавыми гвоздями к кресту.

Как оказалось, не только мне это пение не заходило — Рафаил не переставая стонал и корчился. Встать с места он по-прежнему не мог, однако дергался, как уж, через которого пропускали электрический ток. Сходство только усиливалось из-за дымка, который шел от его тела.